Я продолжал жить в палатке на огороде, так как еще стояли теплые дни. Мы собирали в саду крупные яблоки, падающие с огромных старых яблонь, а братья варили из этих яблок компоты. Сушеные сладкие груши служили нам деликатесом, как мед и картофель со Псху.
Монашеское правило и богослужебный круг в скиту перестроили всю нашу жизнь. Особенно всем нравились ночные богослужения, которые нам благословил отец Кирилл. Хотя ночные бдения были тогда в новинку, но даже те из ребят, которые поначалу иной раз с неохотой поднимались на службу под перезвон нескольких будильников, теперь с радостью приходили к двум часам ночи на чтение утренних молитв и пение по богослужебным книгам.
На ночной службе читались полунощница, утреня и изобразительны. С шести — шести тридцати мы отдыхали, а в девять утра выходили на послушания. В одиннадцать пили чай с медом и лепешками. Перед обедом, в половине третьего, читали вечерню. Повечерие с монашеским правилом читали в шесть вечера и расходились.
Часть большой комнаты мы с отцом Пименом отгородили белыми простынями и поставили там наш небольшой престол и рядом с ним жертвенник. В этом скромном храме архимандрит с большим благоговением служил воскресные и праздничные литургии. По четкам все молились отдельно, кто как мог. Мне привычно было молиться в палатке, под мелодичное стрекотание ночных сверчков и кузнечиков.
Как-то во втором часу ночи ко мне пришел мой друг Адриан:
— Батюшка, вы не спите?
— Нет… — выглянул я из палатки.
— Можно с вами побыть? Не спится что-то…
Я вылез наружу. Присев на траву, мы тихо беседовали под ночным яснозвездным небом. Адриан неожиданно схватил меня за рукав подрясника:
— Батюшка, смотрите, что там такое?
Я взглянул в направлении, куда указывал Адриан. Над дальней горой, со стороны моря, где никогда не летали самолеты, беззвучно двигалось нечто овальное, внушительного размера, по краям этого овала переливались разноцветные огни.
Вид был пугающий.
Я быстро достал из палатки крест и начал громко читать девяностый псалом «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его…». Мой друг, дрожа всем телом, спрятался за меня. Светящийся овал наплывал на нас, не издавая никакого звука. Когда я уже заканчивал чтение псалма и перекрестил эти разноцветные огни в небе, оттуда раздался грохот. С оглушительным ревом этот пугающий предмет промчался над нашим домом и скрылся за горой позади нас.
