Эти посещения очень укрепляли мою душу, наполняя ее светлой спокойной благодатью и молитвенным настроем батюшкиной кельи.
По вечерам, в той комнатке, где собирались днем на исповедь паломники со всех уголков России, келейник старца, добродушный и ласковый иеромонах, расставлял стулья, а отец Кирилл читал главы Ветхого Завета, сопровождая чтение небольшими комментариями. Иногда, в трудных местах, он спрашивал совета у сидевших в первом ряду монахов-богословов, преподававших в академии. После чтения келейник разносил угощение: рыбные бутерброды с черным хлебом, мандарины или яблоки, что для нас, семинаристов, было большим утешением.
Среди посетителей вечерних собраний находились и преподаватели семинарии. Некоторые из них стали потом известными епископами.
Дней через десять меня и еще троих семинаристов из старших классов вызвали в кабинет к ректору. Рядом с Владыкой стоял архимандрит, который проводил со мной собеседование на вступительных экзаменах. Трое семинаристов были моложе меня, поэтому ректор вначале обратился ко мне с вопросом, серьезно ли я настроен принять монашество? Я старался отвечать как можно более убедительно.
Владыка задумался, просматривая мое личное дело.
— Так, так, сегодня у нас четырнадцатое ноября, а у вас как раз день рождения четырнадцатого ноября, верно?
— Верно, Владыка.
— Ну, вам Сам Бог велел идти в монахи! Бог вас благословит!
Архимандрит, улыбаясь, поглядывал на нас. Видно было, что он рад нашему решению. Благословение на переход в монастырь получили и трое семинаристов.
Одного из них, внушающего доверие крепко сложенного парня, я часто видел на службах в Лаврских храмах, где он присматривал за порядком. Впоследствии он возглавил большую епархию, став выдающимся архиереем. Мы написали здесь же, в кабинете, прошения о переходе в монастырь и отправились в классные комнаты ожидать вызова на Собор старцев монастыря.
И вот мы, четверо семинаристов, волнуясь, смотрим на закрытые двери комнаты, где заседал Духовный Собор Лавры.
Референт наместника спокойно поглядывал на нас, ведь он видел такое не впервые. Вначале по одному вызывали семинаристов старших классов. Все они получили благословение на поселение в монастырь как послушники. Их счастливые лица не нуждались ни в каких комментариях. Наконец настала моя очередь: войдя, я перекрестился с поклоном на икону преподобного Сергия, взял благословение у наместника и встал перед Собором старцев, сидевших полукругом.
