Две машины были припаркованы по обеим сторонам 22-ого шоссе, оранжевые конусы и сигнальные фонари располагались посреди дороги. Справа был установлен светоотражающий знак, обозначающий особую программу безопасности, которую предваряло в жизнь полицейское управление Колдвелла.
Господи, обязательно было делать это именно здесь? Посреди забытого Богом уголка земли? Почему они не отправились в центр, туда, где располагалось большинство баров? Хотя, люди, приезжавшие из своих загаженных городков на ночные тусовки в Колдвелл, возвращались назад именно этой дорогой…
Перед ним в очереди стояла еще одна машина, минивэн, и он в нетерпении барабанил пальцами по рулю.
В сознании проскользнула заманчивая мысль достать свой Смит&Вессон и приблизить полицейских и водителя к получению посмертных наград. За задержку.
С противоположенной стороны подъехала другая машина, и О бросил взгляд через дорогу. Форд Таурус остановился, взвизгнув тормозами, и освети дорогу слабым светом фар.
Черт, эти дебильные машины встречались на каждом шагу, но именно поэтому Ю и выбрал эту модель для себя.
Чтобы держать в тайне войну против вампиров, нужно было максимально сливаться с местным населением.
Когда полицейский подошел у этой штуковине, О подумал, что загодя открытое при таком ночном холоде окно, большая странность. А потом он взглянул на парня, сидевшего за рулем. Черт возьми. У ублюдка был шрам шириной с палец, спускающий вниз по всему лицу. Дырка в ухе[30]. Может быть, машина была в угоне."
"Очевидно, копа посетила аналогичная мысль, потому что, наклонившись к водителю, он положил руку на пистолет.
Это движение оправдало себя, когда свет фонарика коснулся заднего сидения. Внезапно его тело дернулось, словно ему дали между глаз, и он потянулся к плечу — туда, где, по-видимому, находилась его рация. Но водитель, высунувшись из окна, вперился взглядом в полицейского. Оба замерли, повисла тишина.
Внезапно коп отпустил оружие и, взмахнув рукой, пропустил Таурус, даже не спросив водительские права.
О взглянул на патрульного, выполняющего свои обязанности на этой стороне дороги. Мудак все еще пытал провинциальную мамочку так, словно ее машина была набита наркоторговцами. В то же время его приятель на другой стороне пропустил парня, похожего на серийного убийцу, даже без традиционного «здравствуйте, как поживаете». Он словно не ту очередь попал.
Наконец пришел черед О. Он постарался быть максимально вежлив, и уже через несколько минут снова ударил по газам.
