Его язык ворвался в ее рот, руки запутались в волосах, обхватывая голову, заставляя ее тело выгибаться навстречу ему. Она чувствовала ярость его голода: полнокровный воин, обнимавший ее, жаждал секса. Он возьмет ее со всей силой, что жила в нем, и она будет испытывать боль, принимая его в себе. Боль и блаженство соединяться внутри ее тела. Она не могла дождаться этого."
"Внезапно он остановился и оторвался от ее губ. Он тяжело дышал, на щеках выступил румянец. Он взглянул в ее глаза.
А потом улыбнулся ей.
Она была так потрясена, что не знала, как реагировать.
Она никогда раньше не видела подобного выражения на его лице: поднятые уголки губ разгладили шрам, обнажая блестящие зубы и клыки.
— Мне нравится это, — сказал он. — Ты подо мной. Приятное ощущение. Ты теплая и мягкая. Я не слишком тяжелый? Давай я…
Он перенес вес тела на руки и приподнялся — его возбужденная плоть скользнула в расщелину между ее бедрами, и улыбка мгновенно исчезла с его лица. Словно ему не понравилось это ощущение. Но как такое возможно? Он же был возбужден.
Она чувствовала его эрекцию.
Плавным движением он изменил позу так, что ее ноги оказались сомкнуты, а его колени опирались в матрас по обе стороны от них. Она не понимала, что произошло, но куда бы не зашли его мысли, это было не самое лучшее место.
— Чувствовать тебя сверху — прекрасно, — сказала она, чтобы отвлечь его. — Кроме одного.
— Что?
— Ты остановился. И сними шорты.
Его вес мгновенно обрушился на нее, губы приникли к шее. Он покусывал ее кожу, и она откинула голову, обнажая шею.
Сжав его затылок, она подтолкнула его к своей вене.
— О, да, — простонала она, ожидая, что он начнет пить из нее.
Он несогласно заворчал, но прежде, чем отказ смог обидеть ее, проложил дорожку поцелуев к ее ключице.
— Мне хотелось бы накинуться на твою грудь.
— Так и сделай.
— Хочу, чтобы ты сперва узнала кое-что.
— Что?
Он поднял голову.
— В ту ночь, когда я привез тебя сюда… Когда я мыл тебя? Я изо всех сил старался не смотреть на тебя. Правда. И хотя ты была в воде, я все равно прикрыл тебя полотенцем.
— Это было очень мило…
— Но когда я вытащил тебя… Я увидел их. — Его рука обхватила ее грудь. — Я ничего не мог поделать. Клянусь. Я пытался сохранять благопристойность, но ты была… Я просто не мог приказать глазам не смотреть на тебя. Твои соски напряглись от холодного воздуха. Такие маленькие и розовые. Прекрасные.
Он ласкал пальцем ее затвердевший сосок, мешая ей связно думать.
— Все в порядке, — пробормотала она.
