Он отвел взгляд и позволил им вырваться, понимая, что ни к чему хорошему это не приведет. — Бэлла, когда я был рабом… хм, со мной делали все, что было возможно. Сексуальные извращения. — Он должен остановиться. Прямо сейчас. — Это были мужчины, Бэлла. Против моей воли, это были мужчины.
Он услышал, как она задохнулась.
«Это хорошо», — подумал он. Пусть даже он весь съежился от этого звука. Возможно, он спасет ее, вызвав отвращение. Как могла такая женщина быть с ним после всего того, что с ним сотворили? Он не был похож на героический идеал.
И близко.
Он прочистил горло и уставился в пол, словно смотря сквозь него.
— Послушай, я рассказал это не для того… я не хочу твоей жалости. Причина, по которой я говорю все это, не в том, чтобы шокировать тебя. Я просто… Я схожу с ума. В моей голове все словно перемешивается, когда дело доходит… ну, до траханья. Я хочу тебя, но это неправильно. Ты не должна быть со мной. Ты лучше, чище всего этого.
Повисла тишина. О проклятье… Ему пришлось взглянуть на нее.
В тот же момент она поднялась с постели, словно ждала, когда он сделает это. Обнаженная, она подошла к нему, на ее коже не было ничего кроме пляшущего огонька от горящей свечи.
— Поцелуй меня, — прошептала она в полумраке. — Просто поцелуй меня.
— Боже… да что с тобой не так? — Она вздрогнула, и он добавил. — В смысле, почему? Из всех мужчин, которые могли бы стать твоими… почему я?
— Я хочу тебя. — Она положила руки на его грудь. — Это естественная, нормальная реакция на представителя противоположенного пола, не так ли?
— Я не нормальный.
— Я знаю. Но ты не грязный, не зараженный и не недостойный.
Она взяла его ладони и положила себе на плечи.
Ее кожа была такой тонкой — он окаменел, подумав, что может испортить ее. Представив, что вводит в ее тело его. Но ведь ему не обязательно использовать то, что находилось ниже пояса, разве не так? Он может позаботиться только о ней.
«О, да», — подумал он. Это может быть только для нее.
Он развернул ее спиной и притянул к себе.
Медленно он провел руками вверх-вниз по ее талии и бедрам. Когда она выгнулась и вздохнула, он увидел кончики ее грудей. Он хотел бы дотронуться до нее, там… и понял, что может. Его руки заскользили по коже, ощущая сплетение тонких костей, пока не накрыли нежные полушария. Она запрокинула голову, ее губы раскрылись.
Стоило ей открыться ему, как инстинкты в нем забушевали, желая проникнуть в нее любым возможным способом.
