— Прости меня, но это не у мамэн на животе было вырезано имя лессера!
В ту же секунду, что слова вырвались из ее рта, она чертыхнулась. Да, именно таким миленькие маленькие детальки заставят его передумать. Замечательное направление переговоров.
— Ривендж…
Его голос похолодел.
— Я хочу, чтобы ты была дома.
— Я только что побывала в плену. Я не хочу снова попасть в тюрьму.
— И что же ты собираешься делать?
— Продолжай давить на меня и узнаешь.
Она бросила трубку и положила телефон на прикроватный столик.
Будь он проклят!
Поддавшись безумному инстинкту, она снова схватила трубку и развернулась, готовая швырнуть ее через всю комнату.
— Зейдист! — Она нащупала телефон, удерживая его, прижимая к груди.
Зейдист молча стоял в дверном проеме. Он был обнажен по пояс — одет лишь в тренировочные шорты. По какой-то странной причине, она обратила внимание на то, что на его ногах не было обуви.
— Бросай, если хочешь, — сказал он.
— Нет. Я… э-э-э… нет.
Она обернулась и со второй попытки смогла-таки поставить телефон на маленькую подставку.
Прежде, чем вновь посмотреть на Зейдиста, она вспомнила, как он наклонился к лессеру, кусая его, убивая его… Но ведь он принес вещи из ее дома… И свозил ее туда… И позволил ей взять свою вену, хотя чуть не сошел с ума от этого. Повернувшись к нему, она поняла, что совершенно запуталась в нем, словно в паутине, загнанная в ловушку его добротой и его жестокостью.
Он нарушил тишину.
— Я не хочу, чтобы ты, разъяренная, сбежала посреди ночи, узнав, что собирается сделать твой брат.
И не говори, что ты не об этом думала.
Черт возьми, какой умный.
— Но ты знаешь, что он хочет сделать со мной?
— Да.
— По закону, Братство будет вынужден отдать меня, я не смогу здесь остаться. Думаешь, мне нравится этот единственный вариант?
Но куда ей идти?
— Что плохого в том, чтобы отправиться домой?
Она взглянула на него.
— Да, я действительно хочу, чтобы меня держали за немощную, за ребенка… Чтобы со мной обращались как с предметом, принадлежащим моему брату.
Это как раз для меня. Полностью устраивает.
Зейдист провел рукой по коротко стриженому черепу. От этого движения его бицепсы напряглись.
— Семье нужно жить под одной крышей. Сейчас опасные времена для гражданских.
О, черт. Только этого ей сейчас и не хватало. Он встал на сторону ее брата.
— Для лессеров сейчас тоже опасные времена, — пробормотала она. — Учитывая то, что ты сделал с одним прошлой ночью.
Глаза Зейдиста сузились.
