В полумраке кареты Эрланн демонстративно отвернулся к окну и заговорил:
– На приёме молчишь, я всё скажу за тебя. Я бы предпочёл выдать тебя за немую, мало ли что ляпнешь, но там будет известный лекарь, а он непременно заинтересуется таким случаем. Поэтому глаза в пол. Взгляды свои дерзкие забудь. Что-то спросят – отвечаешь очень вежливо, но коротко. Беседы не поддерживаешь, я озвучу нужную легенду. Не отсвечиваешь вообще, понятно? И слушаешь.
– Кого именно слушать?
– Всех.
– Так не пойдёт. Шума много, а у меня не триста ушей.
Если хотите с пользой свои вложения отбить, то давайте конкретнее.
Эрланн повернулся ко мне, блеснули зелёные сполохи в глубине зрачков. Снова скользнул взглядом по губам, перевёл взгляд на кулон.
– Пустые разговоры сама отсечь сможешь, их там много будет. А всё, что для чужих ушей не предназначено…
– Заговоры? Интриги? Какие-то определённые имена? Не стесняйтесь, у меня работа такая. Чем быстрее пойму, что именно вам нужно, тем скорее сниму с себя этот маскарад.
Снова прожёг взглядом. Не настолько доверяет, ясно.
– Сама разберёшься. За то и плачу.
На том короткий разговор был окончен, и Эрланн снова отвернулся к окну. Мне только и оставалось, что вдыхать наполнивший весь экипаж запах дорогой кожи, перца и ещё чего-то неуловимого, но такого волнующего.
– Да, чуть не забыл. Держи при себе, – сунул мне маг небольшую книжицу, когда экипаж остановился перед шикарной виллой.
И, не дожидаясь швейцара, сам распахнул дверцу, вышел и протянул мне руку.
– Это-то обязательно? – прошипела я. – Хоть бы объяснили, в качестве кого я здесь."
"Дотрагиваться до него не хотелось: пока ничего хорошего эти руки мне не сделали. То заламывали мне собственные за спиной, то за шкирку, как котёнка, то по груди шарили. Отвечать он не стал, просто выдернул меня из уютной темноты на освещённую ковровую дорожку перед широкой лестницей. Маг огня он, что ли? Такой горячий, будто его лихорадит постоянно.
В свете фонарей я рассмотрела обложку: «По заветам Сёрвики.
Путь к спасению». Час от часу не легче. Что ж, триста монет не каждый день падают. Глаза в пол, молчать и улыбаться, как велено.
Под руки мы вошли в просторную гостиную, где уже собралось десятка два гостей. Я скромно пялилась на паркет, но кожей ощутила оживление, что возникло с нашим приходом.
– О-оо, мон Эрланн, вы всё же приняли моё приглашение! – что-то суетливое, звонкое и кружевное мгновенно отделилось от кучки гостей и подкатилось к нам.
