Ещё эта якобы магическая невосприимчивость, выдуманный артрит… Будто хотел лишний раз подчеркнуть – да, запечатан, вот и приходится страдать от болезни.
Хорошо, предположим, огненная вспышка в парке в ночь убийства была магией самого дворецкого. Могу даже допустить, что у Готрика был схожий с Кристаром запах, пусть и маловероятно, что идентичный. Всё же они родственники, тип магии один. Но ведь была ещё портальная вспышка… И тот, кто заколол Готрика кинжалом, не просто убежал, а ушёл с помощью сильной магии.
Обсудить это с Костой? Заодно выясню про колье.
Хотя с ним и так понятно: просто хотел сделать подарок, но зная, что я не приму дорогую вещь, выдал его за защитный артефакт. Мило, но немного кольнула эта безобидная ложь.
Нет. Бередить свежую рану тем, что его дядя, похоже, был не так прост – зачем? Я бы лучше бы поделилась с господином главдепом, но Кристар ушёл. Свёл с ума, сжёг дотла в огне своей страсти, а потом просто выставил. Ещё вызнал настоящее имя. А после исчез сам. И я сейчас не знала, чего хочу больше: чтобы он навсегда сгинул из Дансвика и моей жизни… либо же вернулся как можно скорее.
Нет, сомнения, мысли, чувства – это всё пустое. Надо думать о другом. Это раньше я расплачивалась с Дном слухами. Теперь плати ни много ни мало – десять тонн. Сейчас надо действовать быстро, чтобы сохранить свою шкурку и не закончить, как Скат. Табита, его подручная, подозреваю, тоже уже не оправится от «болезни»…
В заведение Малыша я вошла с прямой спиной и холодным уверенным взглядом.
Не попросила даже – приказала принести мне черёмуховой настойки. И не подавальщицу Марту, а самого Малыша. Малыш было открыл рот, чтобы дать отпор заблудившейся дамочке из благородных, но на этот раз узнал. И что-то такое прочитал на моём непроницаемом лице, что молча слез с высокого табурета и сам заковылял за выпивкой.
Я же подошла к «нашему» столу. На меня неприязненно уставилась пара десятков глаз. Ни одного знакомого лица. Я рассчитывала хотя бы на Ульвена-волка. А лучше бы здесь был Ольме-красавчик.
Но он теперь над Вечерним «старший». Если не замели позавчера при облаве.
– Ты гля, какая… – присвистнула одна разбойничья рожа. – Потерялась, дамочка?
– На ловца и зверь бежит, – ухмыльнулся второй. – Да она на гульки пожаловала, ни хрена ты не шаришь, Штопаный. Знаю я таких – у своего муженька давно всё отсохло, а ласки-то хочется… Не среди своих же вялых благородий полюбовничка искать. Ну, садись, сладкая…
А чего не сесть. Села.
