Уже несколько дней я не занимался сексом со свой маленькой прелестью, и теперь каждый нерв в моем организме становится таким чувствительным к нашему тесному контакту.
Ее аккуратная попка на мне, давит на каменную эрекцию. Я возбуждаюсь так сильно, что все внутри горит огнем. Дыхание учащается, мозги снова плавятся от неуправляемой похоти, которую я испытываю только к Рите."
"Девчонка сопротивляется, но я сильнее. Удерживаю ее на себе. Ловко расстегиваю ее курточку, и мое лицо обволакивает накопленным под одеждой теплом и неповторимым запахом Риты.
Он опьяняет меня. Он особенно приятный и желанный. Слишком тонкий, чистый, сладкий. Ни от одной женщины прежде я не слышал такого аромата. Он действует на меня как афродизиак. Ныряю лицом между Ритиных грудей, готовый зубами сорвать пуговицы на кофточке. Моя девочка. Только моя…
— Как же я могу от тебя отказаться, малышка? — рычу как голодный хищник, дорвавшийся до добычи. Скольжу губами по ее тонким ключицам, слизывая с кожи ее восхитительный вкус.
Сливочная карамелька. Проникаю руками под ее куртку, нащупываю на спине застежку бюстгальтера и выученным движением расстегиваю его.
— Суворов, нет… — сбивчиво шепчет Рита.
Но я перехватываю пальцами ее подбородок и тяну лицо на себя. В салоне становится жарко. На контрасте с осенней уличной прохладой стекла запотевают. Ловлю губы Риты и толкаюсь в ее рот языком. Придерживая за затылок, не даю девочке отстраниться, целую. Облизываю как сладкую конфету и ощущаю ни с чем несравнимое блаженство.
Рита — мое самое эффективное болеутоляющее.
— Дурею без тебя, — рычу ей в губы, — пойми уже.
А еще я хочу ее. До невозможности. Трахал бы и трахал ее во влажную узкую дырочку. Это максимальный кайф, немыслимое сближение наших тел и переплетение душ. Клянусь, я бы взял ее прямо в машине.
Член болезненно упирается в грубую ткань штанов. Чтобы хоть как-то унять дискомфорт, трусь и недвусмысленно толкаюсь пахом в ее попку. Блядь, меня петтинг никогда не заводил, но сейчас, после вынужденной голодовки, это жесть как приятно.
Мое дыхание срывается до хрипа. Откидываю спинку сиденья вертикально, ложусь и увлекаю за собой Риту.
— Давай мириться, Ритка… Я уже все… На грани…
У меня ноги сводит судорогой, все мышцы в теле каменеют от напряжения. Как же я хочу в нее кончить, а потом еще и еще…
Трогаю ее ягодицы, сжимаю половинки. Мне кажется, сердечный мотор не выдержит колошматить на такой бешеной скорости.
