Всю черновую работу делает сама, а уже потом за ней проверяют специалисты, которых она сама наняла. Сама нашла строительную фирму, сама договорилась, сама заключила контракт…
Только с фондом похлопотала Кириянова, и я поддерживаю эту инициативу Эли. Кроме того Кириянова внесла в него первое пожертвование, а уже потом подключился и господин Кёниг — зажиточный бизнесмен из Германии, который просто обожает овчарок и, узнав в интернете про фонд Бельской, решил тоже проспонсировать его на благотворительной основе.
Конечно же, я тот еще немец, но решил поступить так, чтобы не смущать Риту.
Однако и кроме нас с Элей есть неравнодушные желающие. На эти деньги Рита взяла хороший участок в долгосрочную аренду и начала строительство приюта.
— Комплексов с когтеточками должно быть много, — говорит она и пролистывает страничку на планшете. — Как тебе такие? Нравятся?
— Мне нравится все, что ты делаешь…
Бесшумно, но глубоко втягиваю сладковато-цветочный аромат ее волос и тихо кайфую. Я благодарен Рите за то, что научила меня терпению.
До встречи с ней я не жил — горел. Все куда-то летел в сумасшедшем ритме. Пёр напролом, не заботясь о чувствах окружающих. Но не всегда эта тактика верна. Мои дни менялись быстро, и не было времени насладиться жизнью, которая нам дается лишь раз.
А сейчас я могу останавливаться, просыпаться в реальности и получать удовольствие от моментов. Мне нравятся эти тихие вечера.
К Новому году я приготовил для Риты много разных подарков, и первые она получит уже сегодня. Стрелки на часах ползут к девяти вечера.
Самое время включать телевизор.
Несколько минут по местному каналу еще крутят рекламу, а потом начинается прямой эфир с новостями.
— Смотри… — прибавляю громкость.
И ведущая с экрана сообщает:
— Сегодня известный ресторатор Роман Багиров взят под стражу. Его обвиняют в неоднократных изнасилованиях. Последняя попытка не увенчалась успехом…
Ведущая говорит еще, но я уже ее не слышу, полностью переключив внимание на Риту, которая неотрывно уставилась в экран, приоткрыв от изумления рот.
— Неужели?.. — будто не веря переспрашивает.
— Да, — киваю я. — А дальше будет о Баринове."
"— То есть на этом все? Закончились мои черные дни?
— Да. После этого выпуска мои пиарщики опубликуют опровержение. И больше никто не посмеет наговаривать на тебя. Не за что будет.
Отстранившись, Рита поворачивается ко мне.
— Даже не верится…
— Это еще не все.
Я беру телефон и отправляю Семёну сообщение, в котором лишь одно слово «можно».
