Я давно говорила, что девочки, выросшие в нищете, падкие на деньги. Собственно, это мы сейчас и наблюдаем…
— Ты права. Я разочаровался в Бельской. Совсем. Ты в отличие от нее знаешь себе цену. И еще я долго анализировал свою жизнь, вспоминал то, что ты мне говорила. А может, действительно тот тест ДНК показал такой результат, потому что срок был еще маленьким? Я просто не смогу себя простить, если мой ребенок будет расти без отца.
Глаза Лактионовой вспыхивают.
— Мы можем сделать еще один тест в нормальной лаборатории.
Я готова. Мне нечего скрывать. Но, Мирон, ты слишком сильно меня унизил. Легко ты не отделаешься. Тебе придется вымаливать прощение и ползать в ногах!
— Я готов! — словно актер, претендующий на премию, выпаливаю я. — Все будет, как ты скажешь, но лучше, если мы поедем завтра.
— Ладно, — кивает Вита. — Место и время выбираю я.
— Сейчас только Лару предупрежу. — Я достаю свой телефон и делаю сигнальный дозвон Семёну. А потом быстро сбрасываю звонок. — Черт, батарея села. Одолжишь свой?
Видно, что Лактионова не хочет, но в гостиной мы только вдвоем, а просьба кажется пустяковой.
— Ну, держи, — цедит Вита.
Я имитирую разговор, а потом под предлогом посмотреть время, отвожу телефон от лица и принимаю запрос. Выплывшее на экране окно исчезает, и наша вирусная программа проникает в систему. Теперь никак ее не заметить.
— Спасибо, — возвращаю телефон хозяйке и сразу же встаю. — Мне пора.
— Как? Уже?! — ахает она.
— На самом деле заскочил на минуту, чтобы передать цветы. Но завтра я весь твой.
Попрощавшись с Лактионовой, спешу обратно в машину, где Семён уже выгружает файлы на наш ноутбук.
— Удаленные с «облака» не забудь, — подсказываю я.
— Разумеется. Загрузка почти завершена. Уф… сколько же всякого у вашей этой… бывшей накопилось.
Через пятнадцать минут я открываю удаленный файл.
Это видео из хосписа, где Лактионова, склонившись над кроватью, держит за руку немощного старика, в то время как ее снимают фотографы. Лицо Виты передает печать и в то же время благость.
Она словно преображается в ангела.
Но когда фотограф объявляет, что съемка завершена, Виталина как-то резко отстраняется от пациента. Корчится брезгливо, хватается за влажные салфетки и спешит вытереть руки."
"— Ну и вонь здесь, — шипит она и обращает внимание на того, кто снимает ее на телефон. Ухмыльнувшись, показывает в камеру фак. — Вырубай. Валим отсюда, а то я сейчас облююсь!
На следующем видео Лактионова сидит вроде бы в детском доме, окруженная ребятишками.
