– С чего такая уверенность? Ты не забыл, что он вынудил меня работать конюхом?
– Ты убираешь несколько денников, раскладываешь снаряжение и чистишь копыта Герцогини и нескольким другим лошадям, разве ты не делала этого раньше? – спросил Мейсон. Я задумалась, отчасти он был прав, в прошлом я действительно сама ухаживала за Герцогиней. Навести порядок в деннике, я тоже могла сама, все, как учила мама. Но сейчас я делала большие объемы работы и чертовски уставала.
– Не защищай его. Я так утомляюсь в конюшне, вся работа на мне!
– Только самая легкая работа, ведь Джефри ясно дал понять Джуду и Бо, чем ты будешь заниматься.
Ничего выматывающего, никаких тяжестей, никакой опасной работы, только то, что потянет девочка.
Я невесело усмехнулась.
– Он самый настоящий сексист. Девочки тоже могут… – я замерла на полуслове, ведь до меня дошел смысл слов Мейсона. Мое сердце застучало быстрее. Джефри определил для меня легкую часть работы в конюшне. Но почему? – Многое мне действительно не по силам, и он понимает это, но Фостер явно не на моей стороне, – фыркнула я.
Мейсон пожал плечами, а я вдруг задумалась над теми днями, что провела в стенах этого дома. За все это время мне ни разу не удалось увидеть, как враждуют старший и младший Фостеры. Чаще всего, конечно, они держались по разные углы дома, но иногда даже позволяли себе поговорить друг с другом. Неужели после всего произошедшего, Мейсон затаил обиду только на меня, а брата простил?
Младший Фостер помог мне с курицей: оказывается, чтобы еда не сгорала прежде, чем приготовится, следовало выставить правильную мощность, а я тот думала, что подобное работает только с феном для волос и вибратором.
– Почему твой отец оставил дом и компанию Джефри, а не тебе?
Мейсон помрачнел, как делал это всегда, когда я пыталась выудить из него информацию о Дэниеле. По какой-то причине никто не собирался рассказывать мне, как именно умер отец семейства. Я слышала только о несчастном случае на охоте, но никакой конкретики.
"
"– Никто этого не знает, после его смерти мы все собрались в гостиной этого дома, и на нас обрушилось его завещание. Мама была удивлена, я удивлен не меньше, ведь дом, как думал, останется маме. И только Джефри совсем не удивился, он будто знал это давно. – Он не знал, ведь если допустить, что часть того, о чем рассказывал мне старший Фостер пять лет назад – правда, то Джефри совсем ничего не ожидал от отца, все должно было отойти Мейсону.
