– Что? Я хотела живой музыки!
– Скрипки в этом городе запрещены?
– Они закончились, – фыркнула я, складывая руки на груди.
Фостер тяжело выдохнул.
– Все?
– Угу.
– Пианисты?
– Поломали руки, – быстро ответила я, уже после осознавая, как глупо это прозвучало. Впрочем, так же глупо, как и закончившиеся скрипки.
– Все?
– Первые трое, остальными я не интересовалась, если первые три запроса не дают результата, то нет смысла искать, – пожала плечами я, осознавая, что после нашей ссоры это первый раз, когда мы сказали друг другу больше десяти слов.
Что еще раз подтверждает мои мысли о нашей с ним несовместимости. Мы могли вести полноценные диалоги, только когда все летело в задницу.
В горле встал ком размером с яблоко. В груди не было пустоты, там была огромная дыра. Но у меня не было времени на самокопания, краем глаза я заметила, как Джоанна и Блейк приближаются к низкому и полноватому парню, а следом за ними семенит Лесси. На вид парень не старше тридцати лет, его волосы такие же белые, как полевые колоски и все зачесаны на бок, чтобы скрыть от окружающих лысину.
– Да и вообще, я люблю африканскую музыку, почему я не могу позволить себе заказать африканскую группу на собственную свадьбу?
Охренеть! Да он вылитый Дональд Трамп в свои лучшие годы!
А теперь моя подруга вдруг принялась что-то грозно ему шептать. О, черт возьми! Она же не приняла его за моего будущего мужа?
– Я и не знал, что ты любишь африканскую музыку… – Фостера заставил меня перевести все внимание на него. Он выглядел так неловко, стоя передо мной и почесывая затылок.
Казалось, то, что он не знал о моей любви к африканской музыке, действительно было для него проблемой. Но правда в том, что я не была фанаткой африканской музыки. Я напрягла мозги, пытаясь вспомнить, где еще поставила галочки в тот день и какие поручения дала Делайле.
Всего и не упомнишь. Когда я в гневе, моя память перестает записывать события. Кроме того, куда сильнее меня беспокоило другое – моя подруга, которая говорила с пародией на Дональда Трампа.
Теплые пальцы мягко обхватили мой подбородок, Фостер повернул мою голову на себя.
– Малышка, давай поговорим.
Малышка.
Я едва не задрожала от простого прозвища, чувствовала, что вот-вот расплачусь, но сдержалась. Отвела взгляд и кивнула в сторону подозрительного блондина."
"– Откуда на нашей свадьбе Дональд Трамп? – спросила я, нервно оглядывая Фостера с ног до головы, только сейчас замечая, что на нем белая футболка, в которой он сексуально смотрится.
