— Ты воплощение женственности и изящества, Рене… Твоя нежная красота заставляет весь мир замирать в момент, когда ты являешься ему… Ты мое сокровище, которое я буду бережно хранить в своем сердце до конца жизни, и каждый день благодарить высшие силы за то, что они подарили мне тебя…
Нет, ну нельзя же так…
Я посмотрела на него и уже не смогла освободиться из плена глубоких пронзительных глаз…
Этот поцелуй был не таким, как все, что случались до этого. В нем сквозила та самая нежность, от которой кружилась голова, а душа пела самую прекрасную песню в мире… Песню любви…
— Любовь моя… — прошептал лорд, оторвавшись от моих губ.
— Ты лучшая женщина в мире…
— Я знаю, — довольно промурлыкала я, прижимаясь к его груди. — Тебе невероятно повезло со мной.
Он тихо засмеялся, а потом сказал:
— Поедем к тетушке. Я решил рассказать правду. Пусть все скелеты в нашем шкафу, наконец, обретут покой.
Гериус постучал в крышу экипажа и, когда тот остановился, выглянул в окно.
— Поворачивай к дому лорда Опри!
Несмотря на то, что банкир удивился неожиданному визиту, встретил он нас с радостью.
Узнав, что Гериус хочет поговорить с ним и его супругой, лорд Опри пригласил устроиться в кабинете, отправив слугу за женой.
— Случилось что-то дурное? — мужчина немного волновался, глядя то на меня, то на Гериуса. — Все живы и здоровы?
— Все живы и здоровы, — успокоил его лорд Коулман. — Наш разговор касается некой семейной тайны, к которой вы имеете самое непосредственное отношение.
— Я? — лорд совершенно растерялся. — Но что же это?
В кабинет вошла леди Опри в домашнем платье из мягкой шерсти в крупную клетку. Женщина сняла очки и спрятала их в нагрудный кармашек.
— Добрый день, Гериус, леди Рене… Какая приятная неожиданность. Сейчас нам принесут чай.
— Лучше чего-нибудь покрепче… — лорд Коулман прочистил горло, перед тем как начать. — Прошу вас, присядьте.
Супруги недоуменно переглянулись, но все же присели на диван. Я опустилась на маленькую софу, стоящую между книжными шкафами, а Гериус остался стоять.
Наверное, так ему было легче.
Лорд и леди Опри слушали то, что он говорил с каменными лицами. Ни слова, ни даже звука не вылетело из их плотно сжатых губ. Они были в шоке.
Когда Гериус закончил, лорд Опри медленно поднялся. Мужчина покачнулся, но стоило его супруге протянуть к нему руки, резко отмахнулся. Он подошел к хрустальным графинам с выпивкой и налил в две рюмки янтарной жидкости.
— Держи, дорогая.
