Пытаюсь представить, что было бы, если бы он меня поцеловал по-настоящему — как говорит Ленка, по-взрослому. И хватаюсь за подоконник.
— Мам, скоро уже? — зовет из комнаты сын. — Я есть хочу!
Спохватываюсь и бросаюсь к плите. Омлет немного пригорел, приходится его обрезать по низу. Хорошо, Бодька не такой, как его догадливая крестная. Та бы сходу заподозрила, что я… Влюбилась?
Быть такого не может. Даже головой трясу возмущенно, хоть тут никакой Ленки нет и в помине. Разве я могу влюбиться в мужчину, которого вижу в четвертый раз в жизни? Это просто физиология, нормальная реакция тела на его… тело.
Боже, что я несу?
— Мам? — сын с тревогой вглядывается в мое лицо. — Ты чего, мам?
— Все хорошо, сынок, — спешу его успокоить, — все просто отлично!
Мы завтракаем и идем на прогулку, но и там моя голова полностью занята Арсановым.
Нет, Тимуром. Он попросил называть его по имени, и я с удовольствием повторяю про себя его имя.
Оно ему идет. Такое мужское, сильное. Сажусь на скамейку, лезу в телефон и гуглю значение имени.
Тимур — это железо. Железный. Так и есть. Он когда стоит рядом, я себя словно под куполом чувствую. Железным…
Рассеянно отвечаю на вопросы сына, у которого и как обычно миллион, как тут в руке оживает мобильник.
— Полина? — слышу бархатный голос с хрипловатыми нотками, и у меня подкашиваются ноги. Просто повезло, что я уже сижу на лавочке, иначе точно бы села на асфальт.
— Да, Тимур, — шепчу в трубку. Если так можно назвать свистящие звуки, которые я издаю.
— Вы не дома? — Арсанов тоже переходит на шепот, но сразу же переспрашивает: — Почему вы шепчете, у вас Богдан спит?
— Нет, — мотаю головой, как будто он меня видит, — не спит.
Мы гуляем.
— А какие у вас планы на сегодня?
«Никаких. Вообще. А если были, то это их проблема».
— Мне нужно приготовить обед. И ужин.
— Не нужно ничего готовить, — Арсанов уже не шепчет, а меня все равно пробирает до самой глубины, — я как раз хотел пригласить вас на ужин. Или на обед.
Мне кажется, или он тоже запинается и путает слова? Как я точно.
— Так на ужин или на обед? — я затаиваю дыхание.
— Обед, — шумно выдыхает в динамик Арсанов, — плавно переходящий в ужин.
Мучительно придумываю повод, чтобы спросить, когда у Арсановых начинается обед, но повод не находится. Приходится спрашивать прямо.
— А когда… когда у вас обед? — у меня тоже выходит хрипло.
— Через два часа, — отвечает Тимур, и я словно наяву вижу, как он сгибает руку в локте и смотрит на свои красивые часы.
