Красиво, не правда ли? Он расположен на юге государства Акмал, чей формальный герб — бесцветная химера и коричневый богомол, номинальный же — лишь богомол, потому что, как выглядит химера, никому доподлинно не известно.
С каждым его словом мина на моем лице становилась все кислее и кислее.
— Врешь! — сказала я твердо, когда Джалу умолк.
Дракон равнодушно пожал плечами. Мотнул подбородком в сторону высокого окна-бойницы — мол, погляди сама.
Выкарабкавшись из кресла, я осторожно, бочком стала пробираться к окну, не отрывая глаз от неподвижной фигуры Джалу — мало ли что он задумал на этот раз.
Сильный порыв холодного ветра растрепал волосы. Пахло морем, лесом и еще чем-то непонятным, но очень приятным. Я осторожно выглянула из окна. Сдавленно охнула. Не то чтобы я боялась высоты, но картина, открывшаяся взору, заставляла внутренности сжиматься в комок — то ли от ужаса, то ли от восхищения.
Замок будто врастал в отвесную скалу, возвышавшуюся над морем. Было так высоко, что пушистые облачка проплывали не только над головой, но и под ногами.
Далеко внизу, справа, змеиным изгибом уходила песчаная дорога, упираясь в густой янтарно-зеленый лес. Слева прибрежные каменные глыбы жадно лизали редкие волны. И не было конца и края спокойной водной глади.
Я отшатнулась от окна, когда подняла глаза к небу и увидела два солнца — одно поменьше, пушистое и белое, как котенок, другое — огромное, темно-красное.
— Ты… ты… — я повернулась к дракону, не находя слов, — куда меня приволок?!
Джалу почесал кончик носа, сказал нехотя:
— В свой замок.
— Немедленно тащи меня обратно! — прошипела я. — Иначе… иначе…
— Иначе что?
— Закричу!
Меня трясло, я была на грани истерики. Дракон же, напротив, был спокоен, как сфинкс.
— Это мы уже проходили, — пробормотал он. — Послушай, мальчик, еще раз повторю: вернуть тебя обратно не в моих силах! Окно, рядом с которым ты сейчас стоишь, было единственной возможностью попасть в твой мир. И я ею воспользовался. Один-единственный раз.
Другого не будет.
Он бросал эти короткие фразы безжалостно, будто выплевывал мне в лицо, и все, что я смогла понять, — это то, что домой я больше не вернусь. Никогда.
— Тайна драконьих замков, известная лишь крылатым потомкам. Один замок — одно окно. Одно окно — один полет. Не каждый дракон может вернуться, но я смог. Понимаешь?
Зачем он говорит мне все это? Я старалась сдержать злые от бессилия слезы.
Отвернувшись, подошла к окну близко-близко.
