А капитан с коллежским советником приступили к обыску.
Почти тут же Шарпантье нашел главную улику. Он выдвинул ящик комода, извлек из него два предмета и спросил удивленно:
– Алексей Николаевич, что это? Какие острые…
Лыков взял в руки два узких браслета с зигзагообразными кромками. Повертел и положил на стол."
"– Этим оружием меня чуть было не убили.
– Оружием?
– Да. Никогда не подумаешь, правда? Вы видите смертоносные браслеты, которыми африканское племя туркана очень ловко орудует в ближнем бою. Вот, полюбуйтесь на их работу.
Сыщик задрал рукав и показал капитану глубокие, плохо заживающие раны на левом предплечье.
– Он целил в горло. Одним движением запястья гортань рассекается, и конец. По счастью, я уже знал об этих браслетах. И видел убитых ими. Успел заслониться, потому и жив до сих пор.
– Он – это Самсон-Гиммельстерн?
– У преступника много имен. Вязальщиков, Сайтани, Иванов, пан Вацлав, Поповский, теперь вот Фон-Самсон. Доказательство, что именно он жил здесь, вы извлекли из комода.
– Как же быть? Если мы заберем его штуки, он догадается про обыск.
– Я их, безусловно, конфискую, – ответил Лыков. – Тут не штуки, а орудия убийства. В одной только Казани ими прикончили четырех человек.
– Ну и ну… – удивился капитан. – В газетах ничего не писали.
– В полицейских отчетах тоже. Но уж поверьте.
– Значит, вы хотите установить на квартире засаду? – сообразил Шарпантье. – Мы можем помочь. У нас в вольнонаемной охранной команде есть подходящие люди. С боевым опытом, храбрые.
– Нет, Лев Анемподистович, это дело полиции. Вязальщиков слишком опасен. При задержании все может случиться.
Они продолжили обыск, но безрезультатно. В комнате отыскались прейскуранты Южно-Русского порохового завода, деловые телеграммы и письма. Видимо, Сайтани для маскировки действительно проворачивал иногда операции с охотничьим порохом. Переписку Лыков на всякий случай тоже забрал – вдруг это шифр для связи с сообщниками? Уже перед самым уходом ему попался номер газеты «Волжский листок».
Ага! Сыщик начал смотреть газету на просвет, гладить бумагу пальцами и в конце концов нашел, что искал. В колонке объявлений о сдаче жилья внаем имелось одно, помеченное крохотным булавочным проколом.
– Видите, Лев Анемподистович? Это обычный прием уголовных. Так-так… Сдается комната в доме номер тридцать пять на углу Московской и Посадской улиц. Вот наглец! Это же напротив Второй полицейской части. Он нарочно хочет поселиться поближе к тем, кто его ищет.
