— Ты кончила на моем члене, девственница, — я все еще не знала, что означало «кончила», но понимала, что это что-то пошлое. И щеки тут же залил предательский румянец.
— Я уже не девственница. Кому, как не тебе это знать, — зашипела. – А вот чего ты действительно не знаешь, так это того, как мне было неприятно прошлой ночью. Да, между нами была близость и мое тело отвечало, но несмотря ни на что эта близость мне удовольствия не принесла. Потому, что это невозможно. Я до сих пор чувствую себя плохо. Ты это понимаешь? Против судьбы нельзя идти.
Я могу быть только со своим истинным.
— Мне плевать на судьбу.
— А мне нет. Видишь эту метку? – я оттянула воротник блузки и показала татуировку. – Это знак, что я принадлежу одному единственному мужчине и только с ним могу быть.
Брант ничего не ответил, но я вздрогнула, увидев, что он начал расстегивать рубашку.
— Зачем ты это делаешь? – настороженно спросила.
Оборотень не ответил. Снял с себя рубашку и небрежно отбросил в сторону. И в этот момент я почувствовала острую необходимость увеличить расстояние между нами.
Я подскочила на кровати и ловко спрыгнула на пол, стараясь не обращать внимания на то, как они подрагивали и на то, как внизу живота сильно ныло в очередной раз, напоминая о том, как эти двое прошлой ночью «развлеклись» со мной.
— Вернись на кровать, — в голосе Бранта сталь.
— Нет, — отрицательно качнула головой и отошла назад, уже вскоре прижавшись спиной к стене. – Надень рубашку и давай поговорим, как взрослые, одетые люди.
Но Брант не желал разговаривать.
Одно мгновение и подобно свирепому хищнику он оказался около меня. Я встрепенулась и резко двинулась в сторону кровати. Хотела перелезть через нее и побежать к двери, но Брант повалил меня на покрывало и уже вскоре навис сверху. В этот момент я поняла, что он хотел сделать. Увидела немного удлиненные клыки и уловила его жуткий взгляд на своем плече. Осознала – Брант хотел поставить на мне метку оборотня. Вечную. А она, как сказала Кина, ставилась во время секса.
— Ты этого не сдела… — слова утонули в жестком поцелуе, терзающем не только мои губы, но и душу.
И в один момент в груди все вспыхнуло от возмущения и злости. Я уже сто раз говорила оставить меня в покое. Одни и те же слова повторяла бесконечное количество раз. Меня злило то, что они меня не слышали и то, что собственное тело тут же начало предавать.
Я была на адреналине и на эмоциях. Действовала не думая и за считанные мгновения. Резко выкрутилась и быстро вылезла из-под Бранта.
