Ты просто маскируешь свою брехню, придаешь ей пристойный вид. Но факты — неподдельны, и они таковы, что ты…
— Что я? — спросил он с запалом.
Волков шагнул ко мне, присел на корточки так, что наши лица оказались на одном уровне.
Только я была в душевой кабине, а он сидел на корточках напротив меня, неторопливо застегивал запонки и смотрел при этом прямо мне в лицо.
— Ничего хорошего я о тебе не скажу, а что именно я могла бы сказать, нафантазируешь. Точка. Все, уходи. Ты взял, что хотел. Уходи и дверь закрой за собой.
Еще можешь тропинку к моему дому забыть.
— Взял, что хотел? — удивился он натурально. — Какая наивная Красная Шапочка! Я едва-едва надкусил твой сочный пирожочек. Есть и другие лакомые десерты, которые меня интересуют, — он бесстыже посмотрел на меня.
Холодок пробежал по спине.
Кожа покрылась мурашками, а соски встали торчком.
Волков мгновенно зыркнул на мою грудь и резко поднялся, поправил ширинку.
— Напрашиваешься ты, ох, как сильно… Прикрой титьки, пока я снова тебя раком не поставил!
Я дернула с крючка длинную мочалку, плотно сжала ноги и прикрыла грудь, как могла.
— Уходи.
— Временно покину твое гостеприимное пристанище, но вернусь.
Волков улыбнулся обаятельно и даже поклонился, как шут, махнув рукой несколько раз.
— Оревуар, мадемуазель!
Вали-вали, мысленно я посылала ему в спину проклятья.
Хотелось бы мне взять клюшку хоккейную и взбить ею омлетик из яиц Волкова или подпалить шкуру бесстыжую его же пистолетом-зажигалкой.
Уууух, как я его возненавидела!
До самого нутра, до последней клеточки тела.
Каждой порой, каждой клеточкой крови.
И множественные оргазмы уже не радовали.
Я ждала, пока затихнут шаги Волкова и клацнет замок, потом хотела встать и собраться, прийти в себя…
Ох, вот это утро! Никому такое не расскажешь даже, только переживать наедине с собой это бешеное секс-турне.
Но шаги Волкова замерли, а потом снова двинулись в сторону ванной комнаты. Он появился в дверном проеме и махнул рукой. В ней было зажато несколько моих блокнотов.
— Я возьму почитать кое-что из твоих мемуаров! — заявил он нагло. — Там как раз возраст поинтереснее, может быть, наткнусь на клубничку, а, Пирожочек?
— Ну-ну…
— Вернусь с прочитанным и проверю… — внезапно перестал улыбаться. — Выполнила ли ты мое домашнее задание.
Волей-неволей я навострила уши.
— Какое еще… задание… домашнее? — произнесла по словам раздельно.
— Написать обо мне! — ткнул себя пальцем в грудь, а потом показал на меня. — И о себе, разумеется.
