- Что «наконец-то»?
- Наконец-то эта дурацкая ванна пригодилась."
"Хохочу! Терпкое вино настраивает на игривый лад, а мне, как обычно, много не надо. Я присаживаюсь на бортик, перекидываю одну ногу. Вода приятно горячая.
- А так лучше? - интересуюсь.
- Лучше, - лениво поощряет Адам, разглядывая кружево на моих стрингах.
Перекидываю вторую.
- А так?
Вместо ответа он обнимает меня. Рука мокрая и моя майка тут же становится влажной, а кожа покрывается мурашками. Я ставлю бокал на пол и укладываюсь ему на грудь. Вода щедро выплескается из ванны прямо на плитку пола, я хихикаю, а Адам затягивается сигаретой.
Теплый, большой.
И правда как же хорошо. Обнимаю Адама за шею, а он будто зависает на одной точке, лишь машинально водит костяшками пальцев по моей спине.
Нестерпимо хочется поцеловать его, и я незаметно прижимаюсь губами к шее.
- Так сильно скучала по тебе, - шепчу. - Невыносимо.
- Я вижу. Парни, кстати, в восторге от твоих действий, хвалили наперебой, - отвечает он, небрежно поглаживая по затылку, шее, плечам.
В каждом прикосновении - ласка. Он не лапает, а будто заботится.
- Это же наш отель, - отвечаю я. Встрепенувшись, поспешно добавляю: - Я имею в виду, пока мы вместе. Все твое — мое, а я — твоя, - улыбаюсь и пожимаю плечами.
Мы смотрим друг другу в глаза.
- Даже думать не хочу, что это время может закончиться, - говорит Адам запросто, и у меня в животе взлетает орда кусачих бабочек. Аж скручивает.
Он говорит без пафосного налета, без набившей оскомину загадочности. Как обычно то, что думает.
Убирает прядь моих волос с лица, слегка улыбается.
- Какая же ты красавица, Радка, - усмехается. - Пиздец мне.
С каждым ударом в груди я чувствую, как мое сердце становится сильнее. Крепче и больше. Я и саму себя ощущаю иначе рядом с этим зачерствевшим боксером. Мы лежим в одной ванне без всяких «если», без надуманных препятствий и условных сложностей. У меня никогда ни с кем не было без сложностей. Я немного теряюсь от того, что мне так хорошо с ним, и он никуда не собирается.
Ни к жене, ни к детям, у него нет никакой другой семьи кроме меня. У него нет другой жизни, кроме той, что идет сейчас. Я у него дома.
И он не хочет, чтобы это заканчивалось.
И мне плевать, сколько времени это продлится между нами. Я вдруг осознаю, что я совершенно счастлива. И что происходящее — и есть сама жизнь.
Провожу языком по одному из его шрамов на груди — тут искать долго не надо, ткни пальцем и не ошибешься. Закидываю ногу повыше и рукой обхватываю член.
