Так я считала до недавнего времени, пока на горизонте не замаячил Кейптаун. И теперь мне нужно исправить ситуацию в кратчайшие сроки. Разумеется, меня охватила страшная паника.
Клава дождалась, пока я до нее добегу.
– Слушаю тебя, Катя.
Физичка не особо скрывала тот факт, что куда-то торопится. Я не успела рот открыть, а она уже демонстративно взглянула на наручные часы.
– Я по поводу тестов…
– Сначала к ним нужно получить допуск, – напомнила Клава, будто про это можно было забыть, – а у тебя несколько неисправленных контрольных работ.
– Да, и про них я тоже хотела поговорить, – несчастным голосом продолжила я.
Клава снова посмотрела на часы, а затем на меня:
– Вот что! Сегодня мне некогда, нужно бежать, поэтому предлагаю встретиться завтра после уроков. У меня шестым будут восьмиклассники, после звонка подойди ко мне. Я тебе дам задания для работы над ошибками.
– Спасибо большое! – быстро проговорила я.
Да, звезд с неба на уроках физики я явно не хватала и числилась в аутсайдерах, однако в том, что Клава не делила наш класс на отличников и двоечников, тоже есть плюс.
По крайней мере, она не относилась ко мне с пренебрежением и готова была пойти навстречу.
– До завтра, Катя! – кивнула Клавдия Ивановна и все тем же быстрым шагом, громко стуча каблуками, направилась к лестнице.
Внезапно я услышала свист и даже вздрогнула от неожиданности.
Мальцев сидел на подоконнике с учебником истории в руках. Кивнул и постучал рядом с собой, приглашая сесть.
– Дело есть.
– Я тебе собака, что ли? – сердито спросила я, скрестив руки на груди.
– Кто тебя научил так девушек на разговор приглашать?"
"Матвей усмехнулся, отложил в сторону учебник и, спрыгнув с подоконника, направился ко мне. Сделал дурашливый поклон, а затем вдруг опустился на одно колено и протянул руку. Проходящие мимо девятиклассницы с интересом посмотрели на нас, засмеялись и принялись шептаться. Я смутилась:
– Клоун!
Но все-таки взяла его за руку. Тогда Мальцев снова улыбнулся, выпрямился и повел меня к подоконнику. Нечасто мы общались тет-а-тет, поэтому я, разумеется, заинтересовалась, что за дело у него появилось.
Если попросит, чтобы я примирила их с Вовой, то я пас. Пусть сами разбираются.
За окном светило яркое солнце, и в его желтых лучах в коридоре струились пылинки. Я перевела взгляд на Матвея, ожидая, что он скажет. Но Мальцев не торопился начать разговор и только пялился на меня.
– Ну? – поторопила я его.
– Думаешь, прокатит с Клавой и успеешь все исправить? – спросил Матвей.
