Вот только сможет ли быть такой, как он ждёт? Не разочаруется ли?
И вообще, непонятно зачем ему эти проблемы? Вокруг такого мужчины вертится куча женщин без дополнительного обременения в виде детей, влиятельных бывших мужей и непогашенной судимости. Можно просто выбрать любую и слегка поманить пальчиком. Без лишних заморочек. Но он почему-то этого не делает. Наоборот, стал личным ангелом-хранителем.
Ждёт благодарности? Что-ж, будет ему благодарность… А доверие… После сегодняшней исповеди поднимать этот вопрос никто не должен…
Ксения глубоко вдохнула, подошла к шкафу, выбрала комплект кружевного белья, светлое шёлковое платье, повертелась у зеркала, брызнула на себя каплю любимых духов, слегка тронула губы блеском.
Господи, Астахова, ты окончательно сбрендила. Может, не надо?
Надо, Ксюша, надо. Не решится сегодня — упустишь офигенно подходящий момент. Она зажмурилась и сжала кулаки. Выпить, что-ли, для храбрости?
Из крепких напитков в баре нашлась нераспечатанная бутылка коньяка. Ксения немного подумала и положила её в сумочку.
Вдвоём для смелости пить веселее. Туда же отправилась коробка конфет и связка ключей. Пропади всё пропадом. Или сейчас, или никогда.
Московская ночь встретила порывом душного ветра, растрепавшего волосы и ударившего жаром в лицо. Где-то вдалеке загремел гром. Ксения села в машину, завела двигатель и плавно нажала педаль газа. Две минуты. Первые капли дождя, как крупные горошины, упали на лобовое стекло.
Припарковав автомобиль, девушка направилась к подъезду.
Уверенности сильно поубавилось. Её заметно потряхивало. В нерешительности, Ксения остановилась, выбирая на связке ключ от домофона. А, может, всё-таки не надо?
Дождь за спиной усиливался. Тяжелые капли с силой стучали об асфальт, траву, крыши домов, листья деревьев. Под раскаты грома в считанные секунды июльский ливень превратился в тёмную стену воды, отрезая путь к отступлению. Ксения вздохнула и обречённо приложила пластиковый кругляш к домофону.
Последний рубеж. Тяжёлая дверь, матово поблескивающая от света молний.
Сердце, бешено бьющееся где-то в горле, трясущиеся руки, безуспешно пытающиеся вставить ключ в замочную скважину. Металлический звон от упавшей связки. Нет. Это знак. Не надо. Ксения подняла ключи и, трусливо оглядываясь, побежала вниз по лестнице, но не успела сделать и трёх шагов.
— Стоять! — скомандовал знакомый баритон, — Мы так не договаривались. Пришла, значит заходи.
Сильная рука схватила Ксению за локоть и затащила в квартиру.
