Ты же знаешь, это нереально.
— Ты поступишь на стипендию, — решительно заявил Север. Обычно подобный тон означал, что спорить бессмысленно.
— И как?
Он швырнул мне в руки учебник.
— Просто оставь это мне!
А потом развернулся и ушел.
Спустя неделю мы сидели в экзаменационном зале какой-то супер крутой Академии недалеко от Эльблонге, а я смотрел на пестрящий формулами лист. Он был написан словно на китайском."
"Первый час я еще пытался что-то писать, но потом сдался, поняв, это провал! И когда решил, что все — пора отсюда убираться, Север возник прямо у меня за спиной.
А потом все произошло так быстро, что я не успел даже рта раскрыть. Он подменил лист с ответами. Мой подписал своим именем, свой моим, и, хитро ухмыльнувшись, сдал, даже не проверяя, что за ерунду я там состряпал.
Так я впервые в жизни получил стипендию, а Виктор, тоже впервые, провалился.
И так же впервые в фамильном особняке от крика тряслись стены.
Несмотря на то, что отец Виктора был в курсе наших махинаций, игру пришлось поддерживать.
В академии Север представил меня как сына друзей семьи, что владеют в Москве ресторанами. Никто не догадывался о том, кто на самом деле мои родители. Знала лишь Адель. Единственной ниткой, связывающей меня с прошлым, стало прозвище — Страж. «Раз уж они не смогли навязать мне охрану, придётся тебе самому меня охранять», — пошутил Виктор, когда мы вместе, как и всегда, пересекли порог академии. Вот только он не знал, как близко к правде оказался.
— Как ни крути, мы разные, — вернула меня в реальность Адель, и я все-таки не удержался:
— А что разница во взглядах на жизнь зависит от суммы на твоем счете?
— О, еще как, милый Тони.
Еще как.
Почему? Ну почему она всегда звала меня именно этим дурацким кошачьим именем.
— Деньги ограничивают. Гораздо сильнее, чем ты можешь предположить. И не так просто выйти из этого зачарованного круга.
— Слушай, Адель, — я покачал головой, потирая лоб. — Ни черта не понимаю, к чему ты клонишь.
Девушка обернулась, оказавшись совсем близко.
Настолько, что я мог пересчитать веснушки, которые она сводила, но которые все равно упорно появлялись каждую весну, исчезая с наступлением морозов. Восемь на левой щеке. И пять на правой.
— Значит, ты счастливый человек, — ответила она. Телефон в ее руке пиликнул. — О, гляди!
Адель развернула экран, показывая их переписку с Севером. Я посмотрел на время. Значит, Адель отправила снимок и ему тоже.
Виктор ответил лишь одно слово.
«Покупай».
