Пару секунд они молчали, а потом Адель прошептала:
— Даже если так, даже если я поверю, что она свалилась в бассейн, но какого черта, Вик?
Он тяжело вздохнул.
— Сколько раз я еще должен буду повторить, что кроме тебя мне никто не нужен?
— Академия захлебывается сплетнями. И главная их причина — эта девчонка, а теперь ты еще и к нам притащить ее решил?
— Это не просто девчонка. Она была девушкой моего брата. И ей нужна была помощь. Это мой долг.
— Да плевать мне, кем она была! — взорвалась Адель. — Снова этот долг! Я терпела все.
То, что ты мог целыми днями молчать, пропадать в академии и больнице, борясь со своими демонами. Твое безразличие. Твою холодность. Но вот за дуру меня не надо принимать.
— Ты знала, — произнес Север, тон его голоса изменился. — Ты всегда знала, что для меня важно.
— Долг. Академия. Правила. А где мое место, Вик? Ты такой… — она словно захлебнулась в словах, но Север договорил за нее:
— И другим не стану.
— Мне надоело, Северов.
В коридоре хлопнула дверь. Север хрипло выругался, а потом дверь ударилась о раму снова.
— Адель, подожди. Да постой же ты!
Он унесся. За ней.
А я осталась.
Подобрав свои вещи, поняла, стоит исчезнуть тоже. Потому что вдруг стало больно так, что не вдохнуть. И это был не стресс или обида за то, что сегодня меня едва не утопили. Что-то другое. Настолько новое чувство, в котором я даже себе не решалась признаться. Потому что слишком сильно оно напоминало ревность.
Но еще больше в этот момент я боялась фразы, которую часто повторяла бабушка: «Берегись, ведь любовь и ненависть — равные соперники».
Глава 43 - Зимний бал
После всего, что случилось, мне требовалось время, прийти в себя. Следующие два дня мы с Лесей не выходили из комнаты, заказав пиццу и запоем смотря сериалы. По ночам же я мучилась бессонницей.
Стоило закрыть глаза, я тонула снова и снова... только никто меня на этот раз не спасал. Так что включив ночник, я погрузилась в чтение до скрипа на зубах слащавого романа, чтобы вытеснить из головы мысли, и где-то в середине ночи отключилась.
Меня разбудил голос Старостиной:
— Пора на пары, а то все завалишь! Экзамены на носу!
— Отстань!
Я закрылась подушкой и отвернулась на другой бок.
— Диан, хватит. Нельзя вечно прятаться, изображая из себя затворницу.
Она присела на край кровати и коснулась моей руки.
— Я с Максом говорила...
Я притихла, продолжая лежать.
— Семь человек покинули академию. Да и слухи поутихли вроде.
Опираясь на локоть, я привстала и обернулась.
