Хватило бы и одного, но я колебался… понимаете, гири и гиму[19], долг самурая и все такое… Потом решил: что за долг перед чужими?.. Они не сыновья Аматэрасу[20], не люди и даже не подобны людям, как фаата… Послал письмо отцу с мольбой о прощении. Он едва не разорился, но выкупил мой контракт. Упросил, склонив колени, чтобы восстановили в школе и не записывали в мое досье ни слова об этой позорной истории.
— Ну почему же позорной, — сказал Коркоран. — Сотни тысяч идут на службу к лоона эо, миллионы переселяются в их миры.
Китайцы, индийцы, арабы, выходцы из Черной Африки, из Бразилии, из Индонезии…
Оки поморщился:
— По нужде, сэр, по нужде, а я пошел добровольно, как последний глупец, презрев обычай предков. Что для других необходимость, то для меня позор!
В какой-то мере это было справедливо. Лоона эо являлись второй после фаата высокоразвитой расой, с которой земляне столкнулись в дальнем космосе, расой древней, лишенной захватнических амбиций, но обладавшей огромными богатствами. Они испытывали нужду в союзниках и защитниках, и Земля, с ее избытком населения, с множеством воинственных племен, вполне подходила на эту роль.
Вербовочный пункт был открыт на Плутоне, где сила тяжести в четверть земной не доставляла особых неудобств пришельцам. За службу они платили с королевской щедростью, платили тем, чего хотелось их наемникам, — ценностями, привычными для землян, или благоустроенными мирами, где каждый, отслужив положенное, мог обрести новую родину. В этом была несомненная польза для перенаселенных бедных стран, Китая или Индии, но японцы к ним не относились.
Гордый народ, подумал Коркоран, привычно анализируя ментальные импульсы Оки, гордый, независимый, с высоким понятием о чести."
"— В моем досье нет сведений о службе на лоона эо, сэр, — сказал второй навигатор. — Но я хочу, чтобы вы об этом знали.
— Будем считать, что ты облегчил свою совесть, — ответил Коркоран и прикоснулся к его плечу. — Иди, Ямагуто, отдыхай. Через пять часов прыжок к Гондване… Успеешь немного поспать.
Отдав салют, навигатор вышел. Коркоран, не надевая контактного шлема, пощелкал клавишами на пульте, вызвал нужный блок из памяти АНК и приказал визуализировать картину. Экран переднего обзора словно раздался вширь и вглубь; голографическое изображение было ярким, объемным, заслонившим полупрозрачной пеленой стены и потолок рубки, круглый серый глаз локатора, пилотскую консоль с шеренгами приборов, подсвеченных желтыми и зелеными огнями. Коркоран восхищенно вздохнул.
