— Было сказано — почти. Но сколько их, родных и близких? Трое-четверо, если повезет, как тебе. А остальные… остальные, как и я, обречены на одиночество.
— Недавно ты о другом толковал. — Коркоран утвердился на ногах, сунул излучатель за пояс и с удовлетворением оглядел оба бассейна — вернее, то, что от них осталось. Вода уже заполнила черные ямины с обугленными краями и текла по полу — видимо, стоки были забиты. — Ты говорил, что я счастливчик, ибо с детства окружен любовью. А кто ее дарит, Клаус? Кто дарит эту любовь, если не родные и близкие?
— Это так, однако… — начал Зибель, и вдруг его лицо переменилось, черты пожилого фаата поплыли, будто растопленный жаром воск, голова запрокинулась к куполу, одетому туманом.
Он стиснул кулаки, прижал их к груди и смолк.
— Что? — спросил Коркоран. — Что случилось, Клаус?
— Боевые модули… те, что ты видел во Сне… они обнаружили фрегат… наши люди защищаются, но атакующих много, слишком много… Селина… Селина!
Глава 9
Пространство вблизи внешней планеты и другие места"
"Адмиральский отсек на «Европе» был обширен и, кроме жилых апартаментов, включал салон-кабинет для совещаний, отдыха и товарищеских встреч.
На других крейсерах такой роскоши не предусматривалось, поскольку они являлись обычными боевыми единицами, а «Европу», первый корабль серии, строили как флагман. По идее, сидеть бы в салон-кабинете коммодору Павлу Литвину и руководить флотилией ответного удара… Но Павел Литвин не дожил до операции возмездия, и председательское место за круглым столом принадлежало теперь другому человеку, высокому, сухопарому, с коммодорскими нашивками в петлицах.
Ни внешностью, ни нравом Карел Врба не походил на Литвина, но было между ними нечто общее: каждый из них имел к фаата личный счет.
Перед коммодором Врбой лежали распечатанный пакет и тоненькая стопка документов. Сам по себе факт удивительный, ибо в текущую эпоху ни бумагой, ни пластиком, ни другим материалом, подходившим для письма, практически не пользовались.
Чипы, покетпьюты и пленочные экраны сменили старинные книги, и даже художники рисовали не на бумаге и холсте, а с помощью компьютеров и голопроекторов. Но из пакета Врба извлек листы с крупным печатным текстом, и каждая страница была подписана трижды: Первым и Вторым Спикерами Всемирного Парламента и адмиралом Юмашевым, командующим Третьим флотом.
