О том, чем вас облагодетельствуют… новыми технологиями, лекарствами, синтетической пищей… Соблазнительно, а? Помнишь, какие бунты были в Индии и Китае, когда Совбез запретил им приблизиться к Земле? Какие митинги, марши голодных, самосожжения увечных? Нет, не помнишь… тебя еще на свете не было… А вот про банюков ты должен знать. Что они там пишут на заборах?.. Трепещите, проклятые тхо! Мы вернемся и пустим вам кровь! Так-то, мой дорогой… семена зла посеяны, и, чтобы они не взошли, придется сильно попотеть…
Клаус ворчал и ворчал, скорчившись у приемника, и это удивляло Коркорана — он привык к тому, что Зибель выражает мысли кратко и четко.
Но мысли сейчас тоже были какими-то неясными, расплывчатыми, словно его друг размышлял об одном, а говорил другое. Хочет меня успокоить?.. — подумал Коркоран. Или сам взволнован и нуждается в поддержке?..
Он повернулся на бок и спросил:
— Скажи, Клаус, кто еще знает о тебе? Я имею в виду о твоей истинной сущности… Врба? Какие-то люди в вашей службе? Или…
— Никаких «или».
Ты и только ты.
— Скажешь еще кому-нибудь?
— Например?
Это снова был Зибель — четкий, суховатый, огородивший сознание семью ментальными барьерами.
— Например, близкому человеку. Селине, если у вас получится.
— Если получится… — В голосе Клауса вдруг зазвенела тоска. — Боюсь, Пол, что рано или поздно я причиню ей горе, много горя. По вашему счету мне под шестьдесят, еще немного — и я буду стариком, а старики должны уходить… так у вас положено… Значит, что-то со мной случится, что-то такое, после чего исчезнет Клаус Зибель и появится некто другой.
Я еще не придумал, как это произойдет, когда и где, но случится обязательно. Даже кремировать будет нечего, поскольку трупа не найдут… В общем, Клаус исчезнет, и она останется одна… уже немолодая и не такая привлекательная, как сейчас. Ты понимаешь, Пол?
Кажется, он стал человеком, совсем человеком, решил Коркоран. Ворчит, печалится, жалеет и даже думает о будущем с тревогой, причем не о собственном будущем, но о чужом. А это, быть может, прекраснейшее из человеческих качеств…
— Если бы я сейчас исчез, — сказал Зибель, — а потом явился бы к ней в более… гм… подходящем обличье… Сейчас легко исчезнуть, случай уж больно удачный, так как задание у нас опасное… Как ты считаешь, Пол?
Коркоран приподнялся на локте.
— Ты это брось! Это что за шутки? Ты что задумал, Клаус?
— Собственно, ничего.
Зибель отвернулся и как бы пропал, расторгнув зыбкую ментальную связь, соединившую их на несколько мгновений.
