Он в доску свой, и когда было нужно, он стоял с нами в одном строю рядом и не струсил, не убежал. Наш раненый приятель уже довольно нормально ходил и производил вид почти здорового человека. Мы притащили ему яблок с рынка, трехлитровый баллон густого абрикосового сока, до удобных литровых тетрапаков здесь еще не додумались, и целый пакет разных конфет. После дружеских обнимашек и рассказов о житье бытье в больнице, я отозвал Армена в сторонку и тихонько сказал.
— Твой отец там немного буровит, сказал, чтобы я не подходил к тебе на пушечный выстрел.
— Да это младший братишка все разболтал про драку, — покраснел Армен. — Я с ним, как со своим, поделился, а он, змеёныш маленький, все отцу доложил. Приду домой, уши ему оборву.
— Ладно, оставь это, не трогай его, — я покачал головой, — в следующий раз просто знай, что и кому говорить, а что нет. Про зал уже знаешь?
— Знаю, — уныло кивнул Армен.
— Ты, давай, голову не вешай. Пока тепло, потренируемся у нас на поляне, а к осени найдем новый зал.
— Может, я еще отца уговорю пустить нас обратно?
— Не надо.
Сами что-то найдем. Просто не рассказывай больше никому о наших делах.
— Больше не буду, — повесил голову Армен.
— Да не расстраивайся ты так, — хлопнул я его по плечу. — Все, что ни делается, все к лучшему. Ты лучше выздоравливай побыстрее.
* * *Мой более тяжелый противник атакует и делает мне подсечку изнутри на левую ногу, я, уходя от подсечки, иду вперед и прижимаюсь к нему грудью. Тут же взлетаю, попадаясь на подхват, оказывается, подсечка была только обманкой, чтобы заставить меня пойти вперед.
Лечу, но успеваю в уже воздухе сделать перескок, и оказываюсь снова на ногах. И теперь я уже атакую сам, делаю зацеп снаружи и мы оба летим на ковер, но в последний момент мой противник перекручивается и оказывается сверху в позиции удержания сбоку. Он сразу пытается сделать мне узел руки, но ему не удается, и теперь уже я отжимаю ему голову двумя руками и пытаюсь закинуть свою левую ногу ему за голову, чтобы сделать треугольник.
Мой противник, преодолев сопротивление моих рук, грамотно прижимает голову вниз к моей голове и лишает меня такой возможности. Я бы мог попробовать сделать переворот с моста, но он тяжелее меня и к тому же опытнее. Тогда я, вспомнив одну фишку из прошлой жизни, вместо того, чтобы тщетно переворачивать его через себя, наоборот, сам проворачиваюсь дальше вбок и закидываю левую ногу ему за корпус, проворачиваясь еще сильнее, разрывая его замок и забирая его спину сзади.
