Дорогая моя, насколько я понимаю, мой сосед — не самый красивый мужчина на свете. — Миссис Уилсон усмехнулась, заметив явный ужас на лице Элизабет. — Да-да, должна признаться, именно общество мужчин вроде него заставляет меня больше ценить свое счастье. Как мне повезло! Почти двадцать лет я прожила в браке с моим милым Бастианом! — Она вздохнула, ненадолго погрузившись в приятные воспоминания. — Однако, хотя сэр Руфус Теннант и скучен, считаю своим долгом напомнить, что он знатный и почтенный джентльмен.
«А нищим привередничать не приходится», — подумала Элизабет. Правда, будучи леди Элизабет Коупленд, она еще не настолько обнищала, чтобы охотно принимать знаки внимания старого сухаря вроде Руфуса Теннанта!
Кроме того, ее теперешнее сложное положение совершенно никак не связано с теми чувствами, которые она питает к молодому, мужественному и очень красивому Натаньелу Торну! Хотя нет, связано… Хотя сей джентльмен ее несказанно раздражает, невозможно отрицать, что всякий раз, когда Натаньел рядом, сердце ее бьется чаще, а его поцелуи вселяют в голову мысли, совершенно не подходящие для девицы знатного происхождения! Вот и сейчас, стоило ей вспомнить, как он обнимал ее, как груди ее словно увеличились в размере, а розовые соски отвердели! Она неловко заерзала на кончике стула и сказала:
— Вчера вечером я сообщила сэру Руфусу, что не испытываю никакого желания ехать с ним на прогулку…
— Он скучен, но не назойлив.
— Миссис Уилсон неодобрительно покачала головой.
— Не волнуйтесь, дорогая моя, с сэром Руфусом я разберусь сама, — обещала она. — А если вам когда-нибудь все же захочется поговорить со мной… о чем угодно, знайте, что во мне вы найдете сочувственную слушательницу. — Она ободряюще улыбнулась. Ее внимание едва не переполнило чашу терпения Элизабет; она почувствовала, как глаза наполняются слезами. Диана была самой чудесной из сестер, после ухода матери из семьи она стала им с Каролиной настоящей защитницей, гораздо в большей степени, чем тетя Хамфриз, которая много лет жила с ними; но сочувствие миссис Уилсон лишний раз напомнило Элизабет, как ей хочется поделиться своими девичьими сомнениями с женщиной постарше.
Она встала и севшим от переполняющих ее чувств голосом произнесла:
— Вы очень добры, миссис Уилсон…
— Пожалуй, не стоит передавать эту тайну Осборну — иначе мне ни за что не удастся его женить! — Миссис Уилсон добродушно рассмеялась.
