— Конечно, сэр Руфус! Простите меня, господа…
Она протянула свой пустой бокал помрачневшему графу и взяла сэра Руфуса под руку.
— Девица не только красива, но и умна, — негромко заметил Джайлс Ратлидж, увидев, что Натаньел остался не с Элизабет, как предполагал, а с пустым бокалом.
Тот, прищурившись, смотрел ей вслед:
— Похоже на то.
Виконт расплылся в улыбке и спросил:
— Давно ли она служит у вашей тетушки?
По мнению Натаньела, Элизабет служила у миссис Уилсон уже слишком давно. Более того, для всех заинтересованных сторон было бы гораздо лучше, если бы она и вовсе не появлялась в доме его тетушки.
— Если молодой Осборн станет чрезмерно докучать вам, советую пожаловаться миссис Уилсон.
Элизабет резко подняла голову и посмотрела на сэра Руфуса:
— Сэр, я понятия не имею, о чем вы говорите! — Она, разумеется, прекрасно все понимала. У миссис Уилсон наверняка найдется что ей сказать насчет внимания к ней ее племянника, которое заметили все. Миссис Уилсон призовет ее к ответу либо сегодня вечером, либо завтра утром.
Делу вовсе не помогло то, что лорд Торн и виконт Ратлидж вернулись в бальный зал и первый из них снова, прищурившись, неотрывно следил за ней.
Элизабет пригласили на званый ужин только для ровного счета, а вовсе не для того, как насмешливо заметил Натаньел, чтобы она очаровывала всех присутствующих холостяков. Хотя, как призналась себе Элизабет, приятно оказаться в центре внимания после долгих лет уединенной жизни в Шорли-Парке, где сестры Коупленд почти не видели мужчин, кроме собственного отца, сквайра Касла и его сына Малкома.
— Он все больше меня раздражает, — проворчал сэр Руфус, который тоже часто косился на более молодого соперника. — Стоит мне посмотреть на вас, как рядом я вижу его!"
"Элизабет усомнилась, чтобы многие — особенно женщины — сочли внимание графа Осборна «раздражающим». Ей не понравился и почти собственнический тон сэра Руфуса.
— Граф просто любезен со мной, — ответила она, не поднимая глаз.
Ей не хотелось, чтобы ее напыщенный и скучный кавалер заметил в них проблески гнева; кроме того, она поняла, что ей все труднее и труднее играть роль скромной компаньонки в толпе людей, равных ей по положению.
В тех редких случаях, когда в Шорли-Парк приглашали гостей, роль хозяйки дома всегда играла Диана, но в обязанности Каролины и Элизабет также вменялась забота о том, чтобы все гости чувствовали себя хорошо.
