Она поняла, что ничего более волнующего в ее жизни еще не было. Ничего подобного она раньше не переживала и не испытывала. Жар, который струился по ее телу, охватил ее целиком, когда он положил ладонь на ее грудь…
Внезапно поцелуй оборвался, и Элизабет, у которой по-прежнему кружилась голова, изумленно прищурилась. Натаньел мрачно смотрел куда-то вдаль."
"— Что вы наделали, глупая девчонка! — воскликнул он.
Что же она?..
— Гектор! — ахнула Элизабет. Должно быть, пока они целовались, она нечаянно выпустила поводок, и Гектор, чей лай слышался где-то вдали, успел далеко убежать…
Глава 3
— Это вы во всем виноваты! — пылко прошептала она.
— Не я настолько потерял голову от наших поцелуев, что позволил своему питомцу сбежать, — угрюмо напомнил ей Натаньел, когда они вдвоем поспешили по темной тропке в погоню за озорным песиком. Точнее, бежать пришлось Элизабет; Натаньел шел обычным шагом и вполне поспевал за нею.
— Я не… Гектор! Гектор! Я вовсе не потеряла голову! — Она метнула на него обвиняющий взгляд, продолжая звать своего питомца.
— Если бы вы не… Гектор! Гектор!
— Элизабет, хочу вас предупредить… — Натаньел решил прервать то, что счел подготовкой к обвинительной речи, достойной его тетки, когда она постепенно приходила в раж. — Контрабандисты в этих краях очень даже настоящие. И если кто-то из них случайно оказался сейчас здесь…
— Милорд, по-моему, вы просто пытаетесь меня запугать.
— Сами посудите, ну зачем мне вас запугивать? — миролюбиво осведомился он.
— Да затем, что вы испытываете от этого какое-то сомнительное удовольствие! — парировала Элизабет, решив, что с нее хватит издевок на один вечер.
— А я не намерена пугаться сказок и легенд… — Она резко замолчала, снова услышав лай Гектора вдали. Затем послышался грубый мужской голос; заржала и зафыркала испуганная лошадь…
— Гектор! — закричала Элизабет, бросаясь вперед, в темноту.
Натаньел поспешил за ней; сердце как будто перестало биться у него в груди, когда он увидел, как Элизабет мчится туда, где виднелся силуэт Гектора.
Песик лаял на огромного, призрачно бледного коня. Конь фыркал, испуганно закатывал глаза и пятился к краю утеса, угрожая сбросить своего всадника. Потом испуганное животное встало на дыбы…
— Тихо, Гектор! — рявкнул Натаньел.
Элизабет при этом успела схватить коня за поводья и стала успокаивать его. Конь размахивал перед ней смертельно опасными копытами, дико вытаращив глаза, раздувая ноздри и по-прежнему фыркая и приплясывая, несмотря на то что песик уже замолчал.
