Трещал костер, и искры изредка подлетали кверху, пытаясь обжечь небо, но, конечно же, не доставали его, обижались и падали на землю; пели сверчки, где-то далеко-далеко шумел поезд, а над головами беззвучно мерцали звезды.
Июльская ночь принесла с собой свежесть и прохладу, и мы с Дэном сидели, обнявшись, под одним пледом, слушая смешные истории. Мне еще раз пришлось пересказывать, как сегодня меня надул Кирилл.
У костра мы просидели еще с час, а затем я и Дэн ушли в дом — Смерчинский очень хотел спать, сказывалась его вторая бессонная ночь.
Нам щедро выделили целую комнату, в которой стоял диван, и Дэн, пожелав мне спокойной ночи, быстро погрузился в мир сновидений. Я же, находясь под воздействием домашнего вина, заснуть не могла. Сна не было ни в одном глазу, да еще и голова кружилась. Сначала меня спасал телефон, а когда села батарея, а я вспомнила, что зарядка — в машине, стало скучно. В конце концов, я вообще захотела в туалет.
Я аккуратно встала, стараясь не разбудить Дэна, и спустилась вниз.
Судя по темноте и тишине, остальные гости и хозяева тоже уже спали. Несколько парней расположились в гостиной прямо на полу, и потому мне пришлось лавировать между ними, дабы не наступить ни на кого. Свободно вздохнула я только выйдя на улицу, освещенную фонарем на террасе. Было тихо и в воздухе носился аромат цветов.
Пробравшись мимо заснувшего в гамаке Черри, который во сне выглядел беззащитно и по-своему мило, я дошла до места назначения. Обратно я шагала уже довольная жизнью.
На свежем воздухе голова кружилась меньше и настроение повысилось. Руки сами собой потянулись к ягодам, когда я проходила мимо вишни. Минут пятнадцать я усиленно собирала вишню себе в рот, а после, задрав голову кверху, вдруг увидела, какое красивое и звездное небо раскинулось над головой. Держать голову задранной было неудобно, а потому, я недолго думая, легла на газон перед забором, положив руки под голову, и стала любоваться небом. Дэна бы сюда под бок, конечно, но будить его я не буду даже ради звезд.
"
"Идиллия прекратилась тогда, когда я вдруг увидела метнувшуюся тень, а после на меня наступили. Я заорала и подскочила, столкнувшись ни с кем иным, как с Анькой Аладдином. Она, облаченная в зеленый спортивный костюм, кепку и кроссовки, напоминала юркого пацана, а не взрослую хрупкую девушку.
— Ты! — уставилась я на нее.
— О, Боже, Бурундучка, — простонала она, — не ори так!
— Ты что, забор перелезла? — удивилась я.
