— Хорошим пацаненком был, ехидным только сверх меры. Брата своего задирал все время, а потом от него же бегал. Это что, твой, что ли? — посмотрел он на Лео.
— Мой, — с достоинством подтвердил тот.
— Рано ты девку окучил, — покачал головой дед.
— Кто кого, — пробормотал тот и получил затрещину от жены.
Полчаса мы слушали самые разные истории о том, каким невероятным был Дениска и омерзительным — Кирилл. Кажется, старику было скучно, и такая большая аудитория свободных ушей ему была в удовольствие. Однако я была рада, что попросила у старика прощения — нехорошо как-то с вишней этой получилось.
Мы вернулись на участок Игоря, где вовсю играла музыка и танцевал народ, к которому мы и присоединились.
Когда мы с Дэном, уставшие, но довольные, опустились на стулья, к нам подгреб Петр, которому приспичило прямо тут и прямо сейчас обсудить что-то с кузеном. Всех их дел я не понимала, но уловила суть — ушлый кузен Смерча хотел, чтобы тот уговорил отца или деда инвестировать какой-то там его проект.
Петра я, честно говоря, недолюбливала — слишком он мне казался высокомерным, однако отношения у нас были ровными. Да и Лида была с ним счастлива. Как она уживалась с этим Гарри Поттером, я понятия не имела, однако они никогда не ссорились, как Марина и Ланде.
Пока Дэн общался с братом, я поболтала с гостями, хорошенько угостилась шашлыком и прочими вкусностями — в общем, наслаждалась жизнью, пока случайно не обнаружила на столике вибрирующий телефон Марины — ей звонила мама. Я огляделась в поисках подруги, но не обнаружила ее.
Пробегающий мимо Черри сказал, что она с Лео ушли в дом, и я потащилась туда, на ходу пританцовывая под легкую музыку, льющуюся из колонок, которые кто-то поставил прямо на траву. На первом этаже Марину я не обнаружила, а потому поднялась на второй. Там ее тоже, к сожалению, не оказалось. И я уже, было, хотела спуститься по лестнице вниз, как услышала голоса — мужской и женский. Мужской принадлежал Кириллу, а женский был мне незнаком, но я отчего-то сразу поняла, что принадлежит он той самой брюнетке, что так на него пялилась во время тоста.
— Здесь нас не увидят вместе, все на улице, — сказала девушка, и я, собирающаяся, было, окликнуть их, захлопнула рот. Кажется, этим двоим будет неприятно, если сейчас, как черт из табакерки, появлюсь с радостным воплем я. Поэтому я прислонилась к стене и постаралась дышать тихо-тихо.
— Как ты? — спросила она.
— Отлично. А ты, Снежана?
Она не ответила на его вопрос.
