— Сколько крови попил! Сколько яблок переворовал! Я тебя прямо здесь загашу, и мне на том свете зачтется! — от негодования, переполнявшего его, дедушка закашлялся, а я уставилась на Кирилла, сдвинув брови.
— Это еще что такое? Ты же сказал, что дача заброшенная!
— Я тебе дам, заброшенная! Мой это участок! И картошку я тут сажаю! — совершенно невпопад заявил пожилой мужчина. — А этот буржуй с малолетства ворует!
Я таким взглядом посмотрела на Кирилла, что даже дед перестал орать, а тому хоть бы хны — лишь пожал плечами, мол, так получилось, извини.
— Здравствуйте, Василий Иваныч, — поздоровался он очень запоздало. — А я тут вернулся на недельку домой. — И улыбнулся хозяину участка. Тот только седой косматой головой покачал.
Как оказалось, Василий Иваныч был владельцем двух участков — этого и по-соседству. На втором участке он жил в более-менее приличном на вид доме и ухаживал за огородом, а на этом сажал картошку, потому и выглядел тот непрезентабельно и заброшено. И вишня, естественно, тоже была его.
Ведерко с сорванной ягодой пришлось оставить взбешенному Василию Иванычу, ну и конечно, принести ему свои извинения. А после мы вдвоем спешно ретировались прочь, чувствуя на спинах тяжелый взгляд хозяина.
— Ну, ты и козел, — честно сообщила я, шагая рядом с Кириллом, который выглядел безмятежно: засунул руки в карманы бриджей и насвистывал что-то забавное.
— Я просто хотел освежить воспоминания детства. Знаешь, как это было весело, когда мы ночами пробирались за его яблоками — самыми вкусными в округе, а он нас караулил, — улыбнулся воспоминаниям парень.
— Наверное, это было крайне весело, — покачала я головой. — У дедушки при виде тебя чуть тик нервный не начался. И меня дурой выставил!
— Не дурой, а девушкой, горячо защищающей справедливость, — парировал Кирилл. — Серьезно, восхищаюсь тобой.
Я дала ему подзатыльник.
— Не подлизывайся.
— Думай, как знаешь."
"На участке Игоря нас уже ждали. Перед воротами стояло несколько автомобилей, среди которых я узнала странное транспортное средство, принадлежащее хорошему другу Дэна — Александра, которого по имени называли только родители, все же прочие обращались к нему исключительно как к Черри.
Машина у него была довольно старая, длинная, с длинным квадратным капотом — словно с начала девяностых. Однако, по словам все того же Черри, тачка была надежной. К тому же он постоянно ее «тюнинговал» и вообще обожал сверх меры.
