— У меня ведь День рождения! Ну что, кто будет пришельцем?
— Не буду в это играть! — заявил Петя.
В результате они еще долго спорили, кто и во что будет играть, а потом молчавший до этого Кирилл предложил вдруг поиграть в телефон — звонить кому-нибудь и лаять в трубку, или мяукать, или и вовсе кукарекать. Петя, на удивление, игрой заинтересовался.
— А зачем? — не совсем понравилась подобное развлечение имениннику, которому чужды были телефонные забавы.
— Будет весело, — пообещал Кирилл. Его карие глаза озорно блеснули.
— Я дома так иногда делаю.
— А номера где мы возьмем? — спросил Саша, стащив со стола трубочку со сливками. В этих сливках у него была теперь половина лица."
"— Наугад набирать можно, — оживился Петр. — Главное, чтобы цифры совпадали. Я помню домашний деда, — вдруг оживился он и захихикал. Позавчера отец с матерью оставили его у дедушки, и тот внука наказал. А тот запомнил и озлобился. Тот факт, что его наказали за проступок, Петю не волновал.
— А я знаю наш домашний телефон, — сказала Снежана.
— Сестра дома. Над ней посмеяться можно! — видимо, у девочки были какие-то свои счеты к старшей сестренке.
Так радиотелефон оказался в детской комнате.
И началось веселье, жертвой которого пали несколько человек, в томчисле и дедушка Пети и Дениса.
Надо сказать, что на праздновании шестилетия внука Даниила Юрьевича не было. С подарком — настоящим детским мотоциклом, который дожидался будущего хозяина в родительской спальне, мужчина приезжал утром, а теперь вынужден был находиться дома, ожидая звонка какого-то важного заграничного партнера, жившего на другом континенте и часовой пояс, соответственно, имел иной.
Поэтому когда зазвонил телефон, Даниил Юрьевич моментально снял трубку, не забыв прокашляться. Сидевший рядом переводчик фирмы, принадлежащей Смерчинскому-старшему в ту пору, схватил параллельный аппарат. Однако каково было удивление обоих мужчин, когда на бархатистое «Алло» Даниила Юрьевича до них донесся собачий лай. После кто-то противно завыл и все прекратилось.
— Это что? — в некоторой растерянности, которая была, в общем-то, ему чужда, спросил Смерчинский.
— Кто-то гавкал, — отозвался ошеломленный переводчик. — И, кажется, подвывал.
— Это я слышал, — поморщился мужчина. — Сие послание от господина Уайта или нелепая ошибка?
— Сомневаюсь, что господин Уайт решится на подобное. Может быть, помехи на линии?
Ответить Даниил Юрьевич не успел. Телефон вновь зазвонил, и он цепко схватил трубку.
