Остаюсь одна с мамой Филиппа и чувствую себя неловко под пристальным пренебрежительным взором.
— Как же я тебя ненавижу! — вдруг с презрением шипит женщина. — Ненавижу! Почему ты не родилась уродом, чтобы Костя не мог на тебя смотреть?
Не совсем понимаю, за что меня можно ненавидеть — ведь мы незнакомы, но почему-то уверена, что она действительно говорит обо мне — столько злой ненависти в ее взгляде.
Она покачивается, и мне кажется, что сейчас упадет, но, схватившись за косяк, задерживается и делает шаг ко мне. До меня доносится запах спиртного.
Мама Фила пьяна. Она тянет ко мне руку, и я невольно отшатываюсь.
— Мама! Отойди от нее! — Между нами встает Филипп.
— Фил, открой дверь, — шепчу я, но кажется мой писк он не услышал.
— Кто разрешил тебе привести эту… в мой дом?! — Она хочет ухватиться за Фила, но тот уворачивается, отталкивая меня назад, еще дальше от двери.
— Дарина — моя сестра! — заступается за меня Фил.
— Сестра? Не-ет! У меня больше нет детей, а те, кого успел нагулять твой папочка, к тебе не будут иметь никакого отношения!
— Мама, иди спать.
Иначе я расскажу папе, что ты опять пьешь.
— Говори! — с издевкой в голосе разрешает ему мать. — Только где он, твой папочка? А?! Нет его! Ему важна какая-то полудохлая старушенция и вот эта… — Она тычет в меня пальцем, словно хочет проткнуть, и смотрит с пьяной поволокой. — Но это не так! Ему никто не нужен. Ни я, ни ты. Только вот эта! Так вот знай, — в меня впиваются ненавидящим взглядом, — что ты ему тоже не нужна! Он сам отправлял твою мать на аборт! А ты — чудовище, которое не должно было родиться!
Замираю от страшных слов и не могу вымолвить ни слова.
Мне кажется, что я попала в какой-то ужастик, который находится за дверью с кодовым замком.
— Мама! Иди проспись! Ты несешь бред! — Фил пытается протиснуться к двери, но там стоит его мать.
— Бред?! — Мама Филиппа неестественно смеется. — А ты спроси своего папочку, почему он бросил ее мать!
— Это неважно. Иди спать! — повторяет Фил.
— Не важно?! Не-ет! Важно! Потому что она должна была родиться уродом! У-ро-дом! И никому была бы не нужна! Не нуж-на! Кому нужна нежеланная дочь? А сейчас он носится с ней, чтобы замолить свои грехи.
Только поздно! Она и есть урод! Только никто этого не видит! — Мама Филиппа резко выпрямляется. — Отойди, — приказывает она своему сыну.
— Нет."
"— Отойди, я сказала! Живо!
Я вздрагиваю от ее крика, но Фил упрямо стоит на месте, загораживая меня собой.
— Нет, — повторяет он.
— Филипп, уйди!
— Хорошо.
