Жаль глупышку – она была такой глупой гусыней. Может, на нее напали лихие люди? Или от голода поумерла? Впрочем, это уже неважно. Прошел месяц с ее исчезновения, а значит, тебя запросто разведут в регистрационной палате. Теперь мы можем быть вместе, сладкий! Это то, о чем мы так долго мечтали!
Это королевское «мы»?
Разговор о свадьбе Серилла заводила уже не в первый раз.
– Пока я не узнаю, что произошло с Манон, не найду ее живой или мертвой, ни о какой свадьбе не может быть и речи, – сквозь зубы процедил я.
Мысли о сбежавшей жене преследовали меня. Удивительно, но, кажется, в последнее время я стал думать о Манон намного чаще, чем о Серилле.
Я найду ее.
Из-под земли достану.
Найду и верну себе.
ГЛАВА 36
В виске опять начинало стучать – это значило, что излишек силы все-таки остался внутри меня. Скоро магия поднимется, будет бурлить и требовать выхода.
В семье Альберон часто рождались мужчины с высоким классом магии.
Но часто и умирали, сходили с ума или кончали жизнь самоубийством, не в силах с ней справиться.
– Но это так глупо, сладкий… – Сери обиженно надула губы. – Я думала, ты любишь меня. Но вместо того, чтобы назначить дату свадьбы, хочешь найти эту безмозглую курицу, свою жену. Сейчас, когда мы можем быть так счастливы!
Я смотрел на нее и искренне не мог понять, что произошло с той легкой, забавной и бойкой девушкой, которой Серилла была, когда нас представили друг другу на каком-то приеме.
Это произошло через пару недель после моей бесславной женитьбы.
Я был достаточно пьян и хотел забыться. Помню красные волосы девушки, белые плечи, полную грудь в низком вырезе черного платья и пухлые губы.
В тот вечер мне хотелось действительно забыть нашу с Манон первую брачную ночь. Да и все последующие тоже.
До этого девственниц у меня особо и не было, я всегда предпочитал более раскрепощенных девушек, пылких и страстных в постели.
Но я, разумеется, понимал, что Манон – невинна и с ней нельзя действовать напропалую. Нужно быть аккуратнее и нежнее.
Однако все мои попытки раскрепостить ее и как-то включить в процесс заканчивались оглушительным фиаско. Манон ложилась на спину, раздвигала ноги и не шевелилась до тех пор, пока я не закончу.
При этом взгляд ее был устремлен в потолок, а губы беззвучно шептали слова молитв."
"Я чувствовал себя полным придурком, словно все эти боги, которых она зачем-то призывала, незримо присутствовали в нашей спальне и наблюдали за процессом.
