Что даже не сможет заикнуться о таком.
– Так разведись с ней поскорее! – закричала девушка.
– Ты сама предлагала оставить ее приживалкой и пользоваться ее даром, если он вдруг откроется, – усмехнулся я.
Обдумав предложение Сери, я решил, что не пошел на такое. Но сейчас мне было интересно, что она скажет.
– Это было до того, как она сбежала. А сейчас, раз пропала, то скатертью ей и дорога, мой сладкий. Тебя быстро разведут с ней, и мы станем вместе. Станем безумно счастливы. Дай мне кольцо! Дай в знак нашей чистой искренней любви!
Любви?
Я смотрел на Сериллу, и видел ее как будто другими глазами.
На ее щеках и скулах пылали красные пятна, она была нехорошо, болезненно возбуждена. Пальцы царапали простынь, слово уже подбирались к кольцу.
Похоже, мысли о моем родовом перстне заводили ее гораздо больше меня самого.
– Ну дай мне хотя бы его примерить, сладкий… – заныла девушка.
В ответ на мой отказ она надулась и вечер был безнадежно испорчен. Впрочем, на следующий день Серилла вышла к завтраку, как будто и не было этого неприятного разговора.
Я решил, что она образумилась и отказалась от своей идеи.
А мои нехорошие мысли на ее счет были следствием моей возросшей магии.
Но Сери не отказалась.
Это стало для нее чем-то вроде навязчивой идеи. Часто, очень часто она стала заговаривать со мной о перстне и о нашей скорой свадьбе.
Вот и сейчас, тряхнув роскошной алой гривой, девушка уставилась на меня гипнотизирующим взглядом.
– Сладкий, ты подумал о том, что я тебе сказала? Ты подумал о нашей свадьбе?
– В Орлании многоженство, как ты помнишь, запрещено, Сери.
– Поверь мне, Кайран, отныне ты можешь считать себя совершенно свободным человеком, – со странным выражением ухмыльнулась девушка.
– Манон всего лишь сбежала из дома своего деда. Я найду ее. И не таких беглецов находил.
– Не найдешь. Нет, не найдешь, потому что она уже мертва.
– Откуда такая уверенность? – заинтересовался я.
– Мне сказали об этом карты. Смотри, что выпало!
Никогда не понимал этого ее увлечения. Карты всегда считались лживым предсказателем и крайне редко говорили правду.
Серилла показала большую картинку, на которой была изображена смерть с косой. В ее глазах плескалось торжество.
Я впервые видел, чтобы кто-то так откровенно радовался чужой смерти.
Я, конечно, всегда знал, что Сери далеко не идеальна и достаточно стервозна. Но в этом уже было что-то ненормальное.
Спохватившись, девушка мгновенно притушила огонь в глазах.
– Нет-нет, это конечно, очень печально.
