Опустился рядом с ее смертным одром на колени, взял ледяную руку и прикоснулся к ней лбом. Не знаю, сколько времени простоял так, не шелохнувшись, пока к моему плечу не притронулся император.
– Кайран, пора.
– Сразу после того, как заморозку уберут, ее не станет?
– Проклятие слишком сильное, господин маршал, – прошелестел целитель. – Оно превратит ее тело в пепел в ту же самую секунду, как только я сниму чары.
В последний раз я прикоснулся губами к губам Манон и кивнул.
Целитель взмахнул ладонью.
Прощай, моя ферай.
А меня ждет смерть в песках Шезаама.
ГЛАВА 62
Я открыла глаза с громким стоном.
Господи, где я?
Кто я вообще такая?
Надо мной шелестела зеленая листва, по которой дробно стучали капли теплого дождя.
Воздух был наполнен запахом озона, мокрой травы, сырости и лесных ароматов."
"Я лежала на сплетенном из веток одре в окружении цветов, которые благоухали так ярко и сладко, что закружилась голова.
Долбаная финальная сцена из «Белоснежки», как же, как же…
Черт побери, но где же мой принц?!
Мой мужчина с русо-пепельными волосами, серебристо-багровыми глазами и красивым жестким лицом…
Последнее, что помню – его крепкие объятия и жуткую черную дыру в своей груди.
Я опустила взгляд – с грудью все было нормально. Красивый красный камень в форме сердца, что висел на моей шее, внезапно ярко сверкнул и я…
Все вспомнила.
Приглашение лорда Денвера, к которому я все-таки в итоге решила не ходить, потому что была слишком занята. Император, даки, ананасовая пицца и Кайран, который рванул ко мне через толпу и заснеженную площадь, ловко перепрыгивая и сметая все препятствия на пути.
Помню, как он крепко прижал меня к себе и…
Черный кинжал, который вонзился мне в грудь.
Выдохнув, расшвыряла цветы и слезла со своего ложа. Помимо ожерелья с сердечным камнем на мне была короткая белая шубка и красивое длинное темно-зеленое платье, украшенное золотистыми узорами.
В шубе было жарко, к тому же она намокла от дождя, поэтому я взяла ее в руки и пошла вперед.
Вскоре наткнулась на небольшую тропинку, которая и вывела меня к асфальтированной дороге, по которой…
По которой с характерным звуком проносились машины.
Не фаэтоны, к которым я привыкла. А самые настоящие машины из моего мира. Вернее, моего бывшего мира.
Или, получается, уже не бывшего.
Я вернулась.
Нина Малинина. Я снова в своем настоящем родном теле.
Вот только… Хотела ли я этого?!
Об ответе на этот вопрос предпочла не думать.
