Ни поздний чай, ни разговор со Светой не испортили сон. А новое расписание занятий в школе придало бодрости больше, чем чашка эспрессо.
Как и обещала заведующая по учебной части, все уроки немецкого стояли или в первой или во второй половине дня. Один за за другим. Без «окошек». И без английского, которым Илья Петрович грозился заменить мои занятия.
Я глазам не могла поверить. Счастливую улыбку не получалось стереть с лица до самого звонка.
После нескольких месяцев с безумным графиком, думала, уже и не увижу никогда такой красоты в расписании.
Но спустя два урока, после СМС от банка о пополнении счета, радость незаметно сменилась другим чувством…
Я уже сказала Паше «спасибо» вчера. И словом, и делом. Но сейчас захотелось отблагодарить его как-то по-особенному. На радостях во мне словно вчерашняя безумная женщина проснулась.
Еще два занятия проплыли будто мимо меня. Я что-то рассказывала детям, что-то чертила на доске и даже спрашивала. Но стоило закончить работу и выйти с вещами из учительской, пальцы сами набрали сообщение Бояринову.
«На сегодня я свободна. У нас четыре часа», — отправила, не задумываясь ни о чем.
На быстрый ответ надеяться, конечно же, не стоило. Валя рассказала мне, какой у него график, и как трудно поймать свободную минутку. Но ответ пришел тут же.
«Я у судьи по делу Кравцова. Освобожусь через полчаса. Подождешь?»
«Ни за что. Уеду с другим!» — ума не приложу, откуда во мне взялась такая смелость. Не знала, что умею флиртовать.
«Наказывать буду долго.
Тебе понравится!»
«Убедил».
Я представила, как он с серьезным видом разговаривает с судьей и одновременно строчит мне СМС. Картинка получилась такой яркой, что чуть не рассмеялась на все фойе.
«Дождешься?» — пришло следом, будто я и правда могла передумать.
Паша так и напрашивался, чтобы помучила его еще немножко. Чтобы еще хоть чуть-чуть поиграла в новую для себя игру. Но радости во мне оказалось больше, чем женской хитрости.
«Нет. Где находится суд, помню. Приеду к тебе сама».
Глава 16
ЖеняУверена, у нормальных людей здание суда может вызвать только волнение или страх. Меня саму потряхивало на слушаниях по разделу имущества. От тревоги не знала, куда деть руки и куда направить взгляд.
Там я терялась. А здесь… стоило увидеть знакомую лестницу, под которой Паша чуть не изнасиловал меня в нашу вторую встречу, в жар бросило.
Не спасли казенные стены и суровый взгляд охранника. Ни капли не охладили угрюмые лица других посетителей.
