Взгляд стал серьезным, а на щеках заиграли желваки.
— Ты зачем пришел? Зубы проверить?
От злости у меня даже ладони зачесались. Так и хотелось влепить этому подонку пощечину. Даже во время развода не чувствовала себя такой кровожадной, как сейчас.
— Ясно. Понятно. — Леня смерил меня холодным взглядом. — В гордую будем играть?
— Я с тобой уже наигралась. Найди себе другую игрушку.
— Ничему тебя жизнь не учит. А зря. — Оглянувшись по сторонам, Лена раскрыл свою папку и достал бумаги. — Я вообще-то с добрыми вестями.
Предложение у меня для тебя есть. Щедрое!
— Единственное хорошее, что ты можешь для меня сделать, это убраться. Насовсем.
— А я и уберусь, если ты дурой не будешь. Только подпиши!
Он сунул документы мне в руки. Спустя несколько мгновений вытащил из внутреннего кармана пиджака ручку. И пальцем указал на прочерк внизу страницы.
— Это мировое соглашение! — Его сиятельство соизволил объяснить. — Я, в отличие от тебя, думаю о нашем ребенке. Как закончится суд, ты уже знаешь. У тебя нет ни единого шанса остаться в этой квартире или отжать у меня компенсацию.
Но если подпишешь соглашение, все затраты я возьму на себя. Квартиру продадим. Деньги поделим пополам.
Словно он нес какую-то чушь, я тряхнула головой и сунула бумаги вместе с ручкой назад.
— Спасибо за щедрость… — Меня стало потряхивать. — Не нужно. Как-нибудь обойдусь без твоей милости.
— Дура!
Леня взял мою руку и силой заставил сжать ручку.
— Хочешь с Машкой на улице остаться. Или к мамке планируешь сбежать? — Он навис надо мной, тыча бумагами в лицо.
— Она ведь тебя сожрет и не подавится. Они с бабкой никогда не простят, что твой папашка все тебе оставил. Любимой дочке! Пока не сдохнут, будут завидовать, что он тебя больше любил, чем их серпентарий."
"— А ты, значит, так заботишься, что готов собственную дочку лишить крыши над головой?
Я, что было силы, толкнула его в грудь.
— Оборзела совсем?! — Леня шатнулся, но устоял.
— Я не оборзела. Я прозрела. Не понимаю, как вообще могла с тобой связаться.
Зачем пошла замуж. Как не замечала, какое ты ничтожество.
— Крыша поехала? — Леня резко развернул меня лицом к двери. Приложил к стене бумаги и снова сунул в руки ручку. — Забыла, как я тебя из того клоповника вытащил? Как замуж позвал, хотя ты девкой зеленой была. Ни трахаться, ни готовить не умела! Память совсем короткая?
— Знаешь, что… — Меня разрывало от ярости. Все эти упоминания о родителях и моей молодости били похлеще ударов по лицу.
