– Екатерина Митрофановна, это вы?!
– Меня зовут Митрофанова Екатерина Петровна! – Что за болван на ее голову, когда она только что потренировалась как следует и легкие у нее расправились, а руки и ноги налились невиданной силой! – Представьтесь, пожалуйста!
– Екатерина Митрофановна, это Дэн, друг Володьки! Помните меня? Столетов моя фамилия, я работаю в журнале «День сегодняшний», нас Береговой знакомил, а потом вы мне интервью организовали с этим знаменитым писателем! Алексом Шан-Гиреем! Помните?..
– Помню.
– Дэн Столетов был высоченный, лохматый, на вид дурачок последний, а материалы писал дай бог каждому. – Здравствуйте, Денис.
– Здрасти, Екатерина Митрофановна. Володьку в милицию забрали.
В третий раз Митрофановна, что ты будешь делать!
– Меня зовут Екатерина Петровна.
– Вы меня слышите?! Але! Але!!! Володьку в милицию забрали.
– Какого еще Володьку?! – возмутилась Митрофанова, уже смутно понимая – по его растерянности, по тому, как он кричал в телефон, по бесконечно повторяющемуся «але!», – что на самом деле случилось нечто неприятное, опасное, и это опасное и неприятное имеет к ней отношение.
– Володьку Берегового забрали в милицию, то есть в полицию!
– За дебош в ночном клубе?
– За убийство, – тихо и отчетливо выговорил журналист Столетов. – Вы где? Я сейчас подъеду!
Она дошла почти до дома, когда рядом с ней с визгом притормозила машина – прямо американское кино, хорошо хоть не про солдата Джейн!..
Пассажирская дверь распахнулась, и Дэн Столетов, перегнувшись через сиденье, велел ей садиться:
– Вы же сказали, что дома! Я звонил, звонил, а там никто не открывает!
– Откуда я знала, что вы так быстро доедете?! – огрызнулась Митрофанова, втискиваясь в салон.
– Я думала, успею.
– Дайте сюда сумку.
Он взял у нее баул и, не глядя, швырнул на заднее сиденье. И стал разворачиваться.
– Позвольте, куда мы едем?!
– Как – куда?! – Он оглянулся через плечо и вырулил в другую сторону. – В этот самый… в убойный отдел!
– Прямо сейчас?!
– А когда?
– Дэн, я понимаю, что вы переживаете за друга, но нас сейчас туда, во-первых, никто не пустит, а во-вторых, мне бы хотелось понять, что случилось.
«Мне бы хотелось понять» – это что-то из лексикона Анны Иосифовны.
– Мне бы тоже, – сказал Дэн Столетов. – Если нас не пустят, мы будем… прорываться! Вы понимаете или нет, что человек в тюряге?!
– Я вообще ничего не понимаю.
– Я его попросил заехать к одному перцу. Ну, по дороге.
