От резкого звука Владимир Береговой вздрогнул, уронил прижатую плечом трубку.
Трубка глухо стукнула в ковер и покатилась. Береговой бросился, подобрал ее и опять прижал к уху.
– Слышь, Дэн, я приехал, а тут никого!
– Ну и хрен с ним! В почтовый ящик сунь, и все дела! Самое главное – передать! Считай, ты передал! И не звони, у нас тут та-акое!..
Дэн Столетов работал в журнале «День сегодняшний», и там у них то и дело случалось та-акое…
– Да нет, ты не понял! Ворота открыты, и дом тоже, только нету никого…
Но Столетова в телефоне уже не было.
Втравить друга Владимира в авантюру – это он запросто, это он легко. А вот помочь советом – так он на совещалове, и некогда ему!..
Мимо рогов, растопыренных в разные стороны, мимо темных, лаково поблескивающих картин, на которых были изображены мертвые утки, мертвые кролики и мертвые куропатки, кажется, такие картины называются натюрмортами, он вернулся в прихожую, – какая, к черту, прихожая, зал размером с его квартиру! – пристроил пакет на кресло, потом подумал и переложил на комод, поближе к выходу.
Постоял, прислушиваясь, и сказал громко:
– Ну, на всякий случай, до свидания!
Дом ничего не ответил, но Береговому вдруг показалось, будто кто-то наблюдает за ним из темноты – так пристально, что заломило в голове.
Он быстро оглянулся.
Никого.
…Нужно убираться подобру-поздорову! Что-то здесь не так.
Береговой шагнул на крыльцо и как следует прихлопнул за собой дверь – дом будто вздрогнул, – но ощущение, что за ним наблюдают, никуда не делось.
На улице было очень сыро, как бывает только ранней весной, когда снег уже осел и потемнел, но еще не растаял, и кругом журчит и капает, и что-то словно двигается и дышит, оживая, и острый холодный воздух пахнет весной даже по вечерам!..
И темно так, как никогда не бывает зимой, когда ночи морозные, ясные!..
Стоп. Темно не потому, что весна, а потому, что свет не горит.
Когда Береговой шел к дому, вдоль дорожки горели фонари, и он был этому рад.
Кругом стояли глубокие лужи, и он то перепрыгивал, то обходил их, благословляя эти самые фонари!
Пока он был в доме, кто-то выключил свет.
…Или он сам погас?
Нужно уезжать. Нужно немедленно уезжать отсюда."
"Почти ощупью Береговой спустился с крыльца, наступил в воду, сразу и обильно плеснувшую в ботинок, и двинулся по дорожке к воротам. В ботинке теперь отчетливо чавкало.
