– Да хрен ее…"
"Он как будто с трудом возвращался из приятных и светлых мыслей о матери, о Евпатории и о том, что самая страшная опасность в его жизни как будто, вроде бы, может быть – тьфу-тьфу-тьфу! – миновала, не задев, просвистела рядом, как авиационная бомба, но не накрыла с головой. Мать будет жить, поедет в Завидово, а там зацветет сирень, и рано или поздно он отвезет ее к морю, и она съедет с горки!
– Вспомни, – умоляла Маня, словно от этого действительно зависело что-то. – Вспомни, Володя. Вот ты приехал в эти «Барские угодья».
Где был пакет?
– На соседнем сиденье.
– Так. Ты взял его с сиденья и…
– На щитке бумажка, – вдруг громко сказал Береговой. – Точно! Спасибо тебе, Маня, напомнила. Я взял пакет, бумажку оторвал и на щиток присандалил, чтоб потом не забыть ее выбросить. Я иногда всякий мусор на пол кидаю, ну, стаканчики из-под кофе, обертки от мороженого, а потом всегда забываю выбросить. Мама говорит, что у меня не машина, а мусорный ящик. Сидишь, говорит, как в помойке!
– Бумажка на щитке в твоей машине, – повторила Маня.
– А машина где?
– У ментов.
– И ты точно помнишь, что там написано: улица Новая, дом пять.
– Точно.
Тут неожиданно для всех троих распахнулась железная дверь, они вздрогнули, как по команде, и уставились с изумлением.
Оказывается, за несколько минут они все совершенно позабыли о том, где находятся, и к звукам перестали прислушиваться, и шептать перестали, говорили во весь голос!..
Катя отдернула руки, как будто ее застали за чем-то неприличным, и Береговой серьезно посмотрел на нее.
– Ну? Переговорили с родственницами? – спросил давешний в форме. – Эх, родственницы у тебя! Мне бы таких!
– Я вам книжку подпишу, – повторила писательница Поливанова заученную фразу. – Сейчас, еще один последний вопросик! Один-единственный.
Тот кивнул. Он был великодушен и не до конца понимал, что происходит. Задержанному дали свидание, и не с адвокатом, а с какими-то родственницами, одна из которых оказалась бабой из телевизора!.. И говорили они долго и как-то очень свободно, хотя статья парню светит – не дай бог нам таких статей ни на этом, ни на том свете!
– Какого цвета были волосы у девушки?
Оторвавшись от Екатерины Митрофановой, Береговой моргнул.
Длинные темные брови дрогнули удивленно.
– Волосы, – повторила Маня. – Ты сказал, что с них капало, помнишь?.. Какого они были цвета?
– Светлые, – с трудом сообразив, сообщил Береговой. – Совершенно точно светлые. И длинные.
– Все? – осведомился конвоир.
