Врешь, не возьмешь. В голове всплыла частушка, которую вычитала пару лет назад в какой-то книжке про попаданку: «Колдовство, астрал, ментал — да в гробу я их видал!»[7]
— Леди Рианна?
В обворожительном голосе прорезались тревожно-недоумевающие нотки. Мое залипание и внутренние монологи не прошли незамеченными.
— А… мэтра Эонеска… Он, бесспорно, талантлив. Очень нравится, как он излагает историю первой крови. Профессиональный язык… стиль…
Элган загадочно усмехнулся:
— Стиль, говорите?
— Д-да… чувствуется рука мастера.
При этом взгляд невольно скользнул к ладоням самого Элгана. Широким и смуглым. Только сейчас я заметила, что маг отнюдь не был тонок в кости, несмотря на чарующую кошачью грацию.
Он поймал мой взгляд. На губах заиграла усмешка. Все, Чередник. Попалась. Теперь он внесет тебя в список девок, что стелились у его ног от одного взгляда. Господи, ну и стыдобища.
Чтобы скрыть невольное любование частями тела его чародейшества, я торопливо продолжила нахваливать веравинского историка:
— Не каждый автор сможет так искусно излагать свои мысли.
Мэтр Эонеску потрясающе владеет пером.
— Эонеску?
Вот черт. На автомате произнесла местное имя как румынскую фамилию. Попадос за понадосом мне с этим Элганом. Чем же это все закончится?"
"— Да, мэтра Эонеска можно назвать выдающимся умельцем своего дела.
Проговорила фамилию невнятно, пусть думает, что я просто мямлила.
— Впервые встречаю леди, увлеченную его творчеством. Вы действительно удивительны, леди Рианна.
Смущенно опустила очи долу.
— Вы так добры, милорд Элган… я хотела сказать, ваше чародейшество. Простите.
— Не извиняйтесь, леди Рианна. Мне приятно слышать свое имя из ваших очаровательных уст.
И снова эта двусмысленность, размытость. Когда Элган говорил комплименты, было невозможно понять, это простая галантность… или его особенное отношение к тебе. Самая опасная разновидность мужского шарма.
— Вы хотели увидеть подарок лорда Леона, моего жениха?
Не помешает намекнуть, что я порядочная невеста.
— Нет, миледи. Полагаю, что увижу его за обедом. И он не столь важен мне. Знак вашей принадлежности лорду Леону.
Он пренебрежительно скривился на этих словах. Будто хотел сказать, куда он эту принадлежность засунет. Я даже не сомневалась, если бы этот мужчина захотел вдруг разложить меня прямо здесь, прямо в эту минуту — меня или любую другую женщину, — никакая принадлежность его бы не остановила. Останавливало другое. У него был некий план.
