— Его у меня постоянно кто-то хочет украсть, я уже привыкла.
Покачав головой, женщина улыбается и оставляет нас одних. И в этот момент я понимаю, что теперь мне вряд ли будет скучно в больнице.
Глава 36
Вадим
Я собираюсь в офис, когда мне звонят из охраны. Кинув взгляд на телефон, я вытираю лицо полотенцем и отвечаю на звонок.
— Вадим Александрович, приехал Агапов, — докладывает мне охранник. — Впускаем?
— Что ему надо? — сухо интересуюсь я.
— Срочный разговор, — сообщают мне.
— С псами не разговариваю, — с этими словами скидываю звонок и, закрыв глаза, подавляю в себе приступ ярости.
До сих пор не дает покоя эта семейка. Хули ему надо? Приехал уговаривать, чтобы не разводился с его дочкой? На столько не хочется терять свои бабки?
А придется. Я сделаю все, чтобы ободрать его до трусов.
Не успеваю отойти от раковины, как мне снова звонят. И на этот раз уже сам Петр. Закатив глаза, я стискиваю зубы.
— Тесть, — улыбаюсь, все-таки ответив на звонок. — Как делишки? Надеюсь, у тебя есть подушка безопасности? Она тебе очень пригодится в ближайшее время.
— Оставь свои колкости, Вадим, — льется из динамика мягкий голос Петра. — Нам нужно поговорить. Это срочно.
— Я уже тебе все сказал, — сменив тон, резко отвечаю я. — Помнишь, куда тебя послал? Надеюсь, ты не заблудился.
— Речь пойдет о Веронике, а не о разводе, — пропустив мои слова мимо ушей, сообщает Петр. — Я хочу поговорить.
Набрав в лёгкие побольше воздуха, я медленно выдыхаю. И, на секунду сжав губы, киваю самому себе.
— Жду.
Отложив телефон, резким движением поправляю ворот рубашки и спускаюсь вниз. Затем открываю входную дверь, скрещиваю руки на груди и мрачно смотрю, как машина Петра заезжает во двор.
Как только она останавливается, отец Ники выходит на улицу и торопливо шагает в мою сторону. Он выглядит, как и всегда — собрано и опрятно. Но что-то выдает в нем беспокойство. В зеленых глазах отражается досада, которую Агапов пытается скрыть за мягкой улыбкой.
— Здравствуй, Вадим, — подходя ко мне, говорит он.
И даже руку протягивает, но я ее не пожимаю.
— Говори, — велю, внимательно следя взглядом за каждой его эмоцией.
Маска спокойствия слезает с лица Петра. И теперь он смотрит на меня выжидающе и хмуро.
— Где моя дочь? — спрашивает на полном серьезе.
И я, подняв брови, смеюсь. Так весело, будто он только что не вопрос задал, а рассказал анекдот.
— Ты у меня спрашиваешь? — отсмеявшись, интересуюсь я.
— Да, — невозмутимо подтверждает Агапов.
