Покачнувшись, мужчина упал.
Его одежда зашлась пламенем.
Отодвинув ногой планшет, я ползком на животе добралась до мужа.
Жив.
Но плечо, рука...
— Калеб...
— Нормально, — пробормотал он.
Сжав челюсти, я взвела бластер.
«Это не люди, а валуны на реке»
Вот с этой мыслью я палила по всем силуэтам, что проступали из молочного едкого тумана. Найдя в себе силы, муж подтянулся и поднял своё оружие, но уже левой рукой.
— Чёрт... — он не мог усидеть заваливаясь.
Наблюдавшая за нами Лапушка крадучись проползла к мужу и, оплетя его корешками, придержала так, как когда-то она помогла мне, сгорающей в лихорадке, добраться до дома.
Огромный огненный пульсар разбился об стену со стороны мистера Петера. Обернувшись туда, с удивлением обнаружила стреляющую миссис Ненси и Жирю за её спиной. Мой цветочек, зажавшись в уголок, кажется, страховал стреляющих.
Наша храбрая трусишка.
Дым рассеивался. Выстрелы становились всё реже.
И вдруг всё стихло.
Замерло.
Но ненадолго.
Мой слух улавливал стоны.
— Калеб! — рык мистера Янука звучал набатом.
Миссис Ненси, положив планшет на пол, толкнула его мне, и тут же между нами пронёсся пульсар, залетев на кухню.
Притаились, значит. Ждут!
— Калеб?!
Подняв гаджет, увидела испуганное лицо пожилого человека.
— Ранен, дед, но жить буду, — пробормотал муж. — Даже стыдно за себя...
— Час, внук. До нашего прилёта на Кеплер не более одного часа. Продержитесь.
— Ты что летишь сюда?! — голос мужа мгновенно стал умирающим.
— Хотел сделать тебе сюрприз, сынок...
— Чёрт возьми, а? Утро так шикарно начиналось, — почему-то этот обречённый вздох мужа вызвал у меня истерический смех.
— Спокойнее, внучка. Мы всё понимаем.
— Они притаились, — негромко шепнула я, — но ещё здесь. Есть мёртвые.
— Много? — голос мистера Янука звучал тихо.
— Я попадала в них. Не знаю, убила или нет, — мой смех оборвался. — Я не знаю.
— Ты защищалась, Даллия.
— Я понимаю, мистер Мортен. Но от этого не легче.
«До входа в атмосферу пятьдесят минут» — произнёс кто-то невидимый неживым голосом.
— Я буду рада вам. Очень. Но поспешите. Калеб ранен, идёт кровь...
— Царапина, — запротестовал супруг.
Мы молчали, напряжённо всматриваясь в сизую пелену, которая словно одеяло накрыла наш участок. Изредка до нас доносились стоны раненых. Одиночные выкрики нападающих.
Они явно что-то задумали, но знать бы что?
Растерев слезящиеся от дыма глаза, подняла взгляд на небо.
Уже скоро. Ещё немного продержаться...
Нащупав ладонь Калеба, сжала её. Мокрая.
