Оно и сейчас где-то в сумке.
— Наша свадьба, — он как-то зло поджал губы. — А я был в робе."
"— Ничего страшного, — я пожала плечами. — Ведь это была всего лишь сделка.
— Это была наша свадьба, Даллия, на которую ты нарядилась.
— Любая женщина мечтает хоть раз в жизни надеть красивое белое платье, — негромко пробормотала миссис Ненси. — Хотя я на торжество нарядилась в небесно-голубое, но такое пышное.
— А я зелёное, — улыбнувшись, поймала на себе задумчивый взгляд мужа.
Отвернувшись, он продолжил перебирать допотопные вешалки, к счастью, с новой одеждой.
Ему, видимо, были привычны такие магазины. Я же дитя, вскормленное гипермаркетами и автокассами.
— Калеб, как насчёт такой? Лето, как я слышал, наступит ещё не скоро, а весна и осень в наших широтах затяжные. Ещё не раз заморозки прийти могут.
Мистер Петер крутил в руках белоснежную толстую куртку.
— Непрактичная, — подметила я, — мараться часто будет...
— Зато красивая, — возразил мой медведь. — Ну-ка, детка, поднимись.
Мне ничего не оставалось, как подчиниться.
Примерки затянулись надолго. Стопка вещей на кассе увеличивалась. Как у меня, так и у миссис Ненси, которая выглядела ещё более уставшей.
***
— Ну вроде бы всё... — пробубнил Калеб.
Как же я ждала эти слова. Взглянув на кипу шмоток, лишь приподняла бровь, кажется, переняв у кого-то привычку.
— Калеб, ну и куда мне столько? Я в теплицу буду платья носить?
— В гости ты будешь их надевать, — муж нахмурился. — Наряжаться и меня радовать.
— А может, так порадуешься? — не сдавалась я.
— Ну куда...
— Это не обсуждается, Даллия. Лучше пройдись, погляди, может, что ещё на полках заинтересует.
— Да, уже смотрела...
— А ты ещё раз глянь, — настойчивее произнёс муж.
Пожав плечами, я отправилась гулять.
— Оплачиваете? — всё так же недовольно спросила владелица этой лавки.
Ответ мужа не расслышала, бродила между стеллажей, рассматривая, что там имеется. Мой взгляд упал на небольшие швейные наборы. Они лежали, сложенные один на другой. Разноцветные нитки, иголки, странный металлический колпачок, похожий на ведёрко размером с палец.
Пластиночка с впаянными в неё тонкими проволочками. Булавки. Ножнички.
И вроде такая древность, а интересно.
Улыбнувшись, я взяла два: себе и для соседки.
Рядом обнаружились крючки и пряжа. Что это я знала. Нянечка в приюте любила во время сон часа вязать красивые огромные платки. Иногда она учила и нас. Воздушные петли... двойные. Память услужливо подбрасывала мне обрывочные картинки из детства.
