Деда твоего вспомнил и шумиху вокруг. Ну и прикинул, как я бы ""законно"" из шахт тикал.
— Сосед, а ты точно подполковник? — Калеб прищурился.
— Такой же, как и ты блондин, парень. Но мне нравится это звание, так что смело так и называй. И показывай уже, чем богат.
Муж захохотал и распахнул свою объёмную аптечку.
— Здесь всё, что есть, Петер. ""Лихорадка переселенцев"" — штука страшная и коварная. Подполковник, не церемонясь, зарылся в аптечку, вчитываясь в названия препаратов.
— Дали я лечил вот этим, — на пол тут же легли маленькие пёстрые коробочки.
— У меня только кисти болят..., — неуверенно пробормотала пожилая соседка.
Ох, как я её сейчас понимала. Эти же так залечат, так затрут. И такой гадостью напоят, что хоть под кровать уползай.
— Вы уж простите, миссис Ненси, но глаза у вас воспалены, — вмешался Калеб, я лишь хмыкнула.
— Она меня не слушает, — мистер Петер сурово покосился на жену. — Это же женщины! У них если не болит, значит, всё прошло. Давай-ка, сынок, делиться! Как представится случай, я в долгу не останусь.
— Выгребайте, — Калеб подвинул к нему гору баночек с лекарством. — Нам уже выслали медкапсулу, так что имейте в виду, если что серьёзное.
""Вояки"" — усмехнулась я.
Вот у кого реальное братство. И пяти минут не знакомы, а уже дружат семьями.
— Может, чаю? — предложила я. — Правда, не знаю, есть он у нас.
— Всё есть, милая. И чай, и лепёшки, и рыбные котлеты. Пока ты спала, я обед приготовил.
— Ага, рыбу научился ловить? — мистер Петер оторвался от аптечки.
— И как? Тоже, как жена, на цветочек свой?
— На пухляша — мелочь. А вот этим кого покрупнее, — Калеб достал из кармана кусок ""пластилина"".
— А ""Вэл""! Ты, сынок, только смотри, чтобы, кроме рыбы, ещё кто не всплыл. Если что
— уже девочке твоей говорил, предупреди, чтобы я тело ниже сплавил.
Я снова хрюкнула. А пожилая женщина только покачала головой.
— Петер, выписал себе рыболовные снасти. Думает ставить ловушки на ночь...,
— миссис Ненси, заметно оживилась. Видимо, она правда сильно переживала за меня, что так долго приходила в себя.
Так приятно стало.
— Есть такая задумка, — подтвердил её муж. — Леску привяжу к прочной тычке, на неё крючок. Наживка — кузнец. И всё это дело в воду. Должно сработать.
— Так это пока привезут, — Калеб почесал затылок, — прикатывай к нам. Я тебе пухляшку свою одолжу. Она шустрит по реке — только волны расходятся. Главное, следить, чтобы никто побольше к ней не рыпнулся. С этим строго, чтобы корешки не общипали.
