Осталась дорогая упаковка, поблескивающая от правильно выставленного света в магазине.
Кажется, именно со смертью отца мы с Игорем потеряли еще и мать, привычный уклад жизни, где все вопросы и проблемы, по большей части, оставались вне поля нашего зрения.
А если обдумывать случившееся…
Вчера я не была настолько пьяная, чтобы все забыть, но некоторые моменты явно воспринимались иначе на пьяную голову. И смелее я была в разы. Слишком смелая. И слишком грубая."
"А сейчас это осознание так сильно бьет по голове, что я теряюсь, укладывая ладошки на Лешу.
Мы полностью голые, но в тот раз на кровати. Жарко что в аду, одеяло отсутствует. От прикосновения к коже жесткого волоса на его груди трепет внутри становится ощутимее.
Меня бьет крупная дрожь.
Согласилась я вчера, а сегодня? И весы перекатываются в сторону «да», даже если страх чувствуется острее. Страх за брата, за свое будущее.
Пульс заметно ускоряется именно в момент, когда я упираюсь бедром в эрегированный член.
При свете дня у меня есть прекрасная возможность рассмотреть все в деталях.
Я вчера предлагала замерять? Краснею только от одной мысли, если честно.
Нет, это точно даже при беглом осмотре лишнее. Просто потому, что размер бросается в глаза. Усмехаюсь своим же мыслям и перевожу взгляд на лицо Леши. А он внимательно за мной следил все это время, судя по игривой улыбке.
—Все устраивает?
—Более чем, — нервно смеюсь, потому что мне неловко быть «схваченной на горячем». Ну надо же везет!
—Я тоже так думаю, что ты жаловаться совсем не должна, — он переворачивает меня на кровать, а сам ложится сверху, уперевшись бедрами в меня.
Член проезжается по складочкам и умещается в итоге прямо между них.
Горячо и влажно, а еще очень пошло-развязно, но я только сильнее обхватываю узкие бедра своего спецназа и совершенно не думаю прикрываться от наготы.
Он же внимательно рассматривается начинающую возбуждаться грудь и облизываться как кот на сметану.
—Давай прогоним вчерашнюю информацию, чтобы я спокойно сегодня пережил день.
Не люблю эмоциональные качели, а по твоим глазам читаю что-то подозрительное. Давай, Вика, жги. Я готов.
Он хочет увериться, что я не передумаю. Перестраховщик мой спецназ во всем.
—Я остаюсь здесь, а ты решаешь проблемы.
По лицу мужчины прокатывается довольное выражение, значит, мой ответ пришелся по душе. Я не могу признаться даже себе, что слишком сильно поверила в его обещания и не смогу уже жить, зная, что не попыталась.
